А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще!

Депеши в Магистрат!

Следует знать…
Однажды Линда, вдова Калева, несла к нему на могилу большую глыбу. Она торопливо ступала по холму Ласнамяги, неся на спине в праще, сплетенной из своих волос, целую скалу. Тут вдова споткнулась, и тяжелый камень скатился с ее плеч. Не поднять было Линде эту скалу - от горя бедняжка высохла, потеряла былую силу рук. Женщина села на камень и заплакала горючими слезами, жалуясь на свою вдовью долю. Добрая фея ветров ласково гладила шелк ее волос и осушала ее слезы, но они все струились и струились из очей Линды, словно ручейки по горному склону, собираясь в озерцо. Озерцо это становилось все больше и больше, пока не превратилось в озеро. Оно и поныне находится в Таллинне на холме Ласнамяги и называется Юлемисте (Верхнее). Там можно увидеть и камень, на котором сидела плачущая Линда. И если тебе, путник, доведется идти мимо озера Юлемисте, остановись и вспомни о славном Калеве и его неутешной Линде.
Хроники Таллина

ещё темы...

Говорят так:
Однажды в Таллинн прибыл один матрос. Он слышал, что в жилах похороненного тут карла-Евгения де Круа текла королевская кровь и вообразил, что в гробу могут быть ценные вещи. Поздним вечером матрос вошел в усыпальницу церкви Нигулисте. Свеча осветила гроб на постаменте. Матрос приподнял гробовую крышку, откинул покрывало и увидел усатое лицо де Круа с застывшей иронической улыбкой. Весть о том, что де Круа не сгнил, разлетелась сначала по Таллинну, а вскоре и по Эстонии. Всем хотелось посмотреть на это чудо. Предприимчивый церковный сторож поставил возле мумии де Круа копилку для пожертвований. И оказалось, что де Круа после смерти "зарабатывал" значительно больше, чем при жизни. Тщетно...
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Ливонский Орден в Эстонии

Метроном
  • Blog stats
    • 1291 posts
    • 0 comments
    • 37 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.8 posts per month
    • 236 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 trackbacks per post

Заказать гида по Таллину, и другим регионам Эстонии. Лучшие гиды!
Подробнее...

Три четверти века назад — 19 ноября 1944 года — завершился один из самых трагических эпизодов Второй мировой войны: была снята блокада Ленинграда. Мало кто знает, что в полной опасности блокадной навигации на Ладоге участвовали и три эстонских судна.

Историческая судьба у всех трех этих, на первый взгляд совсем не военных, судов схожая. Как и возраст — к началу войны уже весьма почтенный.

Грузопассажирские пароходы «Ханси» и «Вилсанди» были построены в Швеции в 1905 и в 1904 годах — под другими названиями, конечно. Пароход «Стенсо», того же назначения, построили в Германии, по заказу датской компании, в 1898 году.

В начале тридцатых годов XX века владельцем всех трех судов стала эстонская компания «G.Sergo & Со», которую в 1929 году основал предела витель известной династии моряков Густав Серго, уроженец острова Хииумаа. Они выполняли пассажирские перевозки в местных водах.

После присоединения Эстонии к СССР «Ханси», «Вилсанди» и «Стенсо» были национализированы и переданы Эстонскому государственному морскому пароходству. С началом войны все три были зачислены в состав Балтийского флота в качестве транспортных судов.

Без единой потери

Непотопляемый "Ханси"

Непотопляемый «Ханси»

Первое боевое крещение «Ханси» принял в середине июля 1941 года. Следуя из Ленинграда в Таллинн с военным грузом, безоружный пароход, ведомый капитаном Эльмаром Мадрусом, уклонился от бомб и снарядов атаковавших его самолетов. Итог — ни одного погибшего и раненого.

Решая не искушать судьбу, судно наскоро вооружили: команда смогла собрать свезенные из войсковых частей старые длинные винтовки, патроны к ним и несколько пулеметов — русских «максимов» и английских ручных, времен Первой мировой…

В конце июля «Ханси» прибыл в Шлиссельбург, где обеспечивал группу из двадцати двух малых охотников, был их плавбазой и штабным судном отряда катеров. Первое время на «Ханси» было две команды: гражданская (экипаж) и военный отряд.

Один из дней второй половины сентября круто изменил жизнь команды и самого транспорта: отряд морских охотников был расформирован, и вместо него создали два дивизиона «охотников», один из которых отправился на Балтику.

Командиром военной команды «Ханси» стал старший лейтенант Глеб Коркин, а его помощником — старший лейтенант Павел Позднышев. Вскоре вместе с группой других малых транспортных судов «Ханси» был направлен на Ладожское озеро.

В ноябре наступили суровые морозы. Шторм и лед мешали перевозкам, но в окруженном городе люди гибли от
голода, и «Ханси» продолжал ходить по Дороге жизни до тех пор, пока не оказался затертым во льду на подходе к Волховской губе.

Экипаж сошел на лед, тщательно замаскировал судно под зимний пейзаж и остался на зимовку рядом, ремонтируя корабль. К счастью, немецкая воздушная разведка их не обнаружила. Весной 1942 года навигация возобновилась.

«Ханси» постоянно выходил на Дорогу жизни. Но удача не всегда сопутствовала кораблю, и в полдень 6 сентября 1942 года транспорт был атакован германской авиацией, находясь на рейде порта Кобона.

Три бомбы упали у самого борта, нанесли кораблю большие разрушения. Погибли восемь человек, в том числе командир и его помощник, многие были ранены. Из офицеров остался невредим лишь механик, техник-лейтенант Родионов, который находился в машинном отделении.

Командование судном принял старшина первой статьи А. Седов. С залитым кровью лицом он встал к штурвалу и привел судно к причалу. Вскоре на «Ханси» прибыл новый командир, прославленный герой Ладоги — капитан-лейтенант Федор Ходов.

Навигация «Ханси» 1942 года продолжалась до 3 декабря. А следующая — до 22 ноября.

В 1944 году «Ханси» принял участие в высадке десанта в районе реки Тулокса, но уже будучи в распоряжении медицинской службы флотилии.

20 июня 1945 года приказом командования «Ханси» вместе с рядом других эстонских кораблей был исключен из состава Балтийского флота.

Из ледового плена

Возвращенный в строй "Вилсанди"

Возвращенный в строй «Вилсанди»

В первые недели войны «Вилсанди» использовался для доставки боезапаса гарнизону Ханко. Доставив очередным рейсом 130 тонн снарядов и авиабомб, судно получило приказ в составе конвоя следовать в Кронштадт.

Спустя несколько дней после стоянки в Усть-Луге судно пришло в Ленинград, где было включено в отряд особого назначения и вскоре с грузом боеприпасов ушло на Ладожское озеро. Там вместе с рядом других судов его включили в отряд транспортов Ладожской военной флотилии.

После 14 июля 1941 года на судно прибыли пять старшин 2-й статьи и краснофлотцев срочной службы, впоследствии еще пятеро. Борис Вайнер, который в марте окончил Высшее военно-морское училище имени Фрунзе, был назначен на «Вилсанди» в качестве военного коменданта.

Еще во время эвакуации команда «Вилсанди» смогла запастись парой отечественных и одним старым английским ручными пулеметами и найти большое число патронов к ним. 27 сентября 1941 года на «Вилсанди» установили две полуавтоматические 45-мм пушки и два 12,7-мм пулемёта ДШК.

8 октября 1941 года эстонский экипаж, который вместе с военными три с половиной месяца выполнял боевые задачи в наиболее тяжелый период войны, сняли с «Вилсанди». Капитана Яана Яансона вместе с экипажем отправили на Урал, где формировались части Эстонского национального корпуса.

Командование кораблем взял на себя капитан второго ранга Михаил Котельников, умудренный опытом офицер и старый моряк. Помощником команидра и штурманом стал бывший военный комендант Б. Вайнер.

Навигация 1942 года началась рано. И вновь челночные рейсы. Под деревней Кобона корабли флотилии подверглись массированному налету авиации, когда особенно пострадали канонерские лодки, несколько пробоин оказалось и в корпусе «Вилсанди».

Но особенно тяжелый рейс был между бухтой Морье и деревней Кобона, когда 6 апреля 1943 года при попытке открыть навигацию на Дороге жизни «Вилсанди» был затёрт льдом в Шлиссельбургской губе на подходе к порту Кобона.

Выйдя на рассвете из Морье в сопровождении канонерской лодки «Шексна», «Вилсанди» взял курс на Кобону. На подходе к ней сильным порывом ветра от косы Кареджи оторвало береговой лед и понесло на транспорт.

«Вилсанди» зажало льдом: с левого борта налезали льдины, оторванные от берега, а с правого — стояло неподвижное ледяное поле. Ситуация становилась критической. Командир транспорта вызвал на мостик
старшего начальника перевозимого подразделения и велел добираться до берега по льду.

Это было сделано вовремя: едва они успели удалиться, раздался треск и скрежет — льдина, пробив борт, влезла внутрь корабля. Через пробоину стала поступать вода. Командой руководил инженер-капитан первого ранга Касьянчук, пришедший по льду с «Шексны».

Осуществить задуманное, к сожалению, не получалось. Еще через час льды вокруг судна, удерживавшие его, как понтоны, на плаву, раздробило на части. Транспорт затонул. Членов экипажа подобрала лодка «Шексна».

Осенью того же года пароход был поднят, восстановлен и вошел в строй 31 августа 1943 года. До конца года отряд транспортов больше не имел потерь и за всю навигацию перевез 125 046 человек, 3692 тонны различных грузов и отбуксировал баржи общей грузоподъемностью 16 000 тонн.

До 1 ноября 1944 года «Вилсанди» входил в состав Ладожской флотилии, а 1 ноября 1944-го он был переклассифицирован в плавбазу.

Ладожская «Антилопа-Гну»

"Стенсоо" тихоходный, но отважный.

«Стенсоо» тихоходный, но отважный.

Нападение Германии на Советский Союз пароход «Стенсо» встретил в Таллинне. В этот же день был зачислен в состав Балтийского флота.

9 июля 1941 года «Стенсо» уже находился в Ленинграде, а в середине месяца для доставки морского десанта в тыл прорвавшимся на восточный берег Ладоги финским войскам «Стенсо» срочно передали в отряд транспортов Ладожской флотилии.

В конце июля 1941 года он использовался для эвакуации раненых во время высадки десанта на остров Мантсинсаари. В те дни на берегу нашли станковый пулемет «Максим», патроны в лентах и старые трехлинейные винтовки, которыми обеспечили команду.

В конце августа 1941 года «Стенсо» участвовал в операции по эвакуации советских подразделений, прижатых финнами к северо-западному побережью Ладожского озера. Под артиллерийским и минометным огнем противника транспорт эвакуировал из окружения личный состав и вооружение.

Именно тогда проявилось преимущество судна: его большой трюм с широким люком позволял принимать крупногабаритные грузы, а мощная лебедка и грузовая стрела — поднимать до 15 тонн. Это обеспечивало возможность эвакуации тяжелых орудий.

Однако мощность машины составляла всего 80 лошадиных сил что позволяло транспорту развивать скорость не более 4-5 миль в час, и то при тихой погоде. За это «Стенсо» получил от моряков множество обидных прозвищ.

Например, «Антилопа-Гну» — по аналогии с допотопным автомобилем из романа «Золотой теленок». Или даже «британский союзник», — явный намек на медлительность союзников с открытием Второго фронта в Европе.

Несмотря на это, пароход начал доставлять в блокадный Ленинград грузы и эвакуировал его жителей. 9 августа 1942 года «Стенсо», попав в шторм, был выброшен на прибрежную отмель. Получив повреждения корпуса, он затонул. К счастью, без жертв. Осенью того же года транспорт был поднят, восстановлен и введен в строй.

18 января 1943 года была прорвана блокада Ленинграда. В том году перевозки провизии по воде начались 26 апреля. Но вскоре «Стенсо» попал в аварию, намотав стальной трос на винт. Небольшое, вроде, происшествие привело к большим неприятностям: согнулся конец гребного вала, и транспорт пришлось вести на ремонт в Ровский док на реке Волхове.

Этот док не был приспособлен для ремонта, который требовался, но все вопросы удалось решить, транспорт был отремонтирован, после чего выполнял боевые задачи до конца войны. В том числе, как и «Ханси», принял участие в Тулоксинской десантной операции.

* * * *

После войны все три судна были возвращены Эстонскому пароходству и использовались в основном как общежития для плавсостава. В начале пятидесятых годов суда были разрезаны на металлолом — кто тогда думал об их исторической ценности?!

Всё что осталось от них — несколько фотографий. Они являются бесценным историческим документом: свидетельством того, что в героической эпопее блокадной навигации на Ладожском острове вписана и эстонская страница, достойная памяти потомков.

Владимир Коппельман, Роман Маткевич,
Морской музей Эстонии

«Столица»











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.







Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд
Одна из самых знаменитых работ Кристиана Акерманна - алтарь таллиннского Домского собора в реставрационных лесах во время подготовки к нынешней выставке.

Вспоминая «ревельского Фидия»: скульптор Кристиан Акерманн

Выставка работ одного из самых ярких и талантливых таллиннских мастеров скульптуры эпохи Барокко и его современников открылась в минувшую пятницу ...

Читать дальше...

«Косуля» у подножья Тоомпеа в сквере на улице Нунне – неизменная классика с 1930 года.

«Косуля» Яана Коорта – знакомая и незнакомая косуля

Одна из самых популярных у таллиннцев и гостей города скульптура появилась в городском пространстве столицы ровно девяносто лет тому назад. В ...

Читать дальше...

Здание нынешней Таллиннской музыкальной школы за минувший век не изменилось – чего нельзя сказать о его окрестностях.

Сто двадцать лет истории: особняк музыкальной школы

Запланированная реставрация вернет одному из примечательных зданий в ансамбле застройки Нарвского шоссе былой блеск, а работающей в нем Таллиннской музыкальной ...

Читать дальше...

Барон Александр фон дер Пален и служащие Балтийской железной дороги на перроне вокзала в Ревеле. Снимок 1870-ых годов.

«Балтийская железная дорога, наше выстраданное дитя»

Первый пассажирский поезд из тогдашней столицы Российской империи в нынешнюю столицу Эстонской Республики прибыл ровно сто пятьдесят лет тому назад. Перестук ...

Читать дальше...

В галерее Русского театра Эстонии, проходит юбилейная художественная выставка «Осень №55»

Автор работ, признанный у нас и далеко за рубежом, талантливый художник, Сергей Волочаев. Картины изумляют идеями, подходом и различными техниками. Представлены ...

Читать дальше...

Дом Иосифа Копфа на углу Пикк и Хобузепеа и портрет его владельца на золотой брошке.

Ревельский ювелир Иосиф Копф: золотых дел мастер

Девяносто лет назад Таллинн прощался с Иосифом Копфом - человеком, еще при жизни сумевшим стать, выражаясь современным языком, «коммерческим брендом». Георг ...

Читать дальше...

Директор Таллиннского Городского архива в 1989-1996 гг. Ю. Кивимяэ демонстрирует грамоту XV века - одну из многих, вернувшихся в родной город. Снимок из газеты «Советская Эстония».

Исток таллиннской историографии: возвращение Городского архива

Ровно тридцать лет тому назад история столицы вновь стала длиннее почти на восемь столетий: в Таллинн вернулись фонды Городского архива. Его ...

Читать дальше...

Катастрофа с девятью погибшими на Балтийском вокзале

Самая тяжелая авария в истории эстонских железных дорог произошла 40 лет назад, в первую субботу октября. Поезда приближались друг к другу ...

Читать дальше...

Как закончилась сказка про Гэдээр

Падение Берлинской стены стало в СССР шоком для многих взрослых, а для некоторых детей - первым столкновением с ложью. "Гэдээр" ...

Читать дальше...

Сто сорок лет назад городская стена Ревеля нуждалась если не в реставрации, то в консервации - как минимум.

Семь веков на страже города Таллина: летопись крепостной стены

У одного из узнаваемых символов таллиннского Старого города - солидный юбилей: с начала строительства крепостной стены вокруг средневекового ядра нынешней ...

Читать дальше...

Здание Немецкой реальной школы непосредственно после постройки.

Школа на улице Луйзе: реквием по утраченному

Здание Немецкого реального училища, некогда признававшееся идеалом и образцом для аналогичных построек, возродившееся после войны в ином облике, безвозвратно утрачено ...

Читать дальше...

Домский, он же Длинный мост на рисунке Карла Буддеуса, середина XIX века.

Тоомпеаский, Каменный, Пиритаский: мосты над водами Таллинна

Даже без учета виадуков и путепроводов, семейство таллиннских мостов – достаточно многочисленное. А главное – способное поведать о себе немало ...

Читать дальше...

Вариант развития мемориального ансамбля на Маарьямяги по версии середины шестидесятых…

Памятник двадцатому веку: ансамбль на Маарьямяги

Мемориальный комплекс на Маарьямяги давно уже стал памятником не конкретным событиям или лицам, а всему, что произошло с Эстонией на ...

Читать дальше...

Ворота в конце улицы Трепи на довоенных открытках встречаются часто, но топоним «Ныэласильм» конкретно к ним еще не применялся.

Головы, ноги, чрево и горб: анатомия таллиннских улиц.

Географические названия, щедро рассыпанные по карте Таллинна, позволяют читать ее почти как… анатомический атлас. Уподобить город человеческому организму впервые предложили пионеры ...

Читать дальше...

Портреты павших в сражении 11 сентября 1560 года горожан и старейшее изображение Таллинна на эпитафии Братства черноголовых.

Восемь столетий Таллинна: век XVI век, пора рефлексий

Непростой во всех отношениях XVI век подарил Таллинну первые портреты города и его жителей, первый памятник, а также один из ...

Читать дальше...

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, — две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.











Сказать кстати…

Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.




Видеохроника:

Легенды древнего города Таллина. Ревеля. Дьявол справляет свадьбу. Дом с тёмным окном.

Каждую неделю, новая легенда, от проекта «Ливонский Орден. XXI век».

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
В старые времена часто шутили, что Город хромает на одну ногу. Дело в том, что в Вышгород из Нижнего города когда-то вели лишь две улицы - Пикк Ялг (Длинная Нога) и Люхике Ялг (Короткая нога). В Таллинне есть улочки настолько узкие, что две дамы в громадных кринолинах никак не могли разойтись на них. Их кавалерам приходилось драться за право своей спутницы пройти по улице первой.
Это интересно:
  • BEHANDELN, LERNEN, LERNEN
  • FÜR DEN HEILIGEN VALPURGI-TAG ODER WIE IN DER REVEL AUF DEN FAKTOR GEJAGT
  • Dort steht die "KOSULA" von JAAN KOORT: DIE VERGANGENHEIT UND DIE ZUKUNFT DES TALLINSK-QUADRATES AUF NUNNA
Дайте ответ Магистрату!

2019 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...

Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!