А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще!

Депеши в Магистрат!

Следует знать…
Средневековый Таллин жил торговлей солью. Лодочники перевозили ее с кораблей к причалу, грузчики перегружали ее, весовщики взвешивали и определяли качество, купцы и лавочники продавали оптом и в розницу, возчики везли ее дальше - в провинцию и в соседние земли. Позднее город перешел на торговлю хлопком-сырцом.
Хроники Таллина
Говорят так:
С Вышгорода в Нижний город можно спуститься несколькими путями: по ступенькам Паткулевской лестницы, по улице Тоомпеа, лежащей между Харьюмяги и Линдамяги, но, пожалуй, лучше воспользоваться улицей Пикк-Ялг (Длинная нога). До XVII века она была единственной дорогой, связывающей Вышгород и Нижний город. Вступив на эту улицу, вы почувствуете себя как в глубоком рву: с двух сторон ее обрамляют высокие стены из известняковых плит. Этими стенами в середине XV века непокорный Нижний город отгородился от властолюбивого Вышгорода.
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Ливонский Орден в Эстонии

Метроном
  • Blog stats
    • 1307 posts
    • 0 comments
    • 37 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.8 posts per month
    • 236 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 trackbacks per post

Заказать гида по Таллину, и другим регионам Эстонии. Лучшие гиды!
Подробнее...

Останется ли самый «открыточный вид» Копли с домом на 5-ой линии (слева) исключительно на фотографиях, сделанных до рокового мартовского дня нынешнего года?

Чуть позже двух часов ночи в позапрошлое воскресенье, последний день марта, диспетчер центра тревоги Таллиннского спасательного департамента получил сообщение о возгорании.

Открытым пламенем полыхало деревянное здание на территории Пыхья-Таллиннна – на северном берегу полуострова Копли. Еще точнее – пустующая жилая постройка по адресу 5-ая линия, дом номер 11.

Спасатели прибыли на объект, когда огонь успел охватить четверть строения. Пожару была присвоена третья из четырех степень сложности: несколько бригад продолжали заливать его очаг практически до следующего вечера.

Прибывшие вместе с пожарными медики остались, по счастью, без работы – люди при ликвидации пожара не пострадали. Об исторической постройке, памятной многим коплиским старожилам сказать то же самое, увы, невозможно.

Одно из самых первых жилых зданий так называемой нижней или рабочей колонии Русско-Балтийского судостроительного завода оказалось уничтожено, практически, на треть. И судьба уцелевших двух третьих пострадавшего дома остается открытой.

Самые первые

Фото: Ирина Шлеева Одно из старейших жилых зданий Копли – и, одновременно, значимая веха в истории таллиннского градостроительства – оказалось под угрозой гибели.

Фото: Ирина Шлеева Одно из старейших жилых зданий Копли – и, одновременно, значимая веха в истории таллиннского градостроительства – оказалось под угрозой гибели.

В документах ревельского магистрата нынешний район Копли впервые начинает фигурировать во второй половине XIV века, однако знакомые современному таллиннцу черты стал обретать куда как позже.

Произошло это чуть более ста лет тому назад, когда территория бывшего городского выпаса да излюбленного выезда обывателей на воскресные пикники начала стремительно превращаться в промышленный район.

Завод Русско-Балтийского судостроительного и механического общества, основанный в 1912 году, заранее выкупил у города изрядный участок земли для строительства как производственных цехов, так и сопутствующей инфраструктуры.

Работы велись по проекту Александра Дмитриева – столичного зодчего, архитектора Адмиралтейского судостроительного завода в Санкт-Петербурге, человека, мыслившего масштабно, целостно, комплексно, и что называется, «с размахом».

По сути, он проектировал не очередное рабочее предместье – подлинный-город спутник губернского Ревеля. Его «двойник», принадлежащий новой, индустриальной эпохе – и выстроенный в соответствии с соблюдением ее требованиями.

Человек мог родиться и прожить целый век в Копли – появиться на свет в больнице, креститься в церкви, выучиться в школе, занять место в цеху у станка, заходить после работы в заводскую лавку, а по выходным – даже зайти на киносеанс в синематограф.

Понятно, что многочисленных работников создаваемого предприятия, равно как и технических специалистов, и обслуживающий персонал, прежде всего, было необходимо обеспечить жильем, расположенным как можно ближе к месту работы.

Неудивительно, потому, что едва ли не первыми постройками на полуострове Копли стали рабочие казармы: первые из них были выстроены задолго до того, как над районом вознеслось увенчанное башенкой здание заводского управления.

Старейшими из них по умолчанию принято считать два вытянутых параллельных здания – общежития для холостых рабочих, выстроенные практически на самом морском берегу не позднее первой половины 1913 года.

Появиться раньше они едва ли могли: проект их был рассмотрен и одобрен губернатором, губернским инженером и губернским архитектором Эстляндии 31 декабря предыдущего года.

Новый стандарт

Как тип постройки рабочие казармы в Ревеле столетней давности были известны неплохо: их уже возводили для работников Балтийской мануфактуры и вагоностроительного завода «Двигатель».

Спроектированные Дмитриевым «общежития для пролетариата» отличались от них качественно – причем в лучшую сторону. Можно сказать, они принадлежали уже к иному, более современному, поколению подобных зданий.

На фоне своих предшественниц они выделяются даже внешне – наличием членящих деревянный объем каменных лестничных клеток: сооружение их стало обязательным в начале десятых годов ХХ века на всей территории Российской империи.

Сооруженные, прежде всего, исходя из требований противопожарной безопасности, они, уже в бытность Таллинна столицей независимого государства, станут едва ли не визитной карточкой здешних жилых домов, причем – не только казарменного типа.

В рабочих казармах Русско-Балтийского завода архитектурное решение, которому оказалась уготовлена долгая биография – применялось оно вплоть до конца сороковых годов – было задействован впервые. И список новшеств им далеко не исчерпывался.

Архитектор Дмитриев, едва ли не первым в истории массового жилого строительства Ревеля вообще, изначально побеспокоился о том, чтобы дома для далеко не самой зажиточной публики были изначально подключены к внешним коммуникациям.

Собственной электростанцией завод обладал – и мощность ее более чем в два с половиной раза превышала мощность городской. Резервуар водопровода располагался в башне заводского управления – элементе отнюдь не только декоративном.

Так что и с электрическим освещением, и с питьевой водой, и, что совсем немаловажно, со сливной канализацией, обитатели «казарм для холостых мастеровых» каких-либо затруднений испытывать были не должны.

Только вот обогревались здания по старинке, печами: батареи центрального отопления установить в них, видимо, не планировали. Хотя место для обогревательного котла в цокольном этаже отыскать было бы возможно.

Возможностью этой, впрочем, так и не воспользовались: вначале цоколь использовали под дровяные сараи, позже часть помещений здесь сдавали внаем под склады и даже – для мелкой розничной торговли.

Безвестные и знаменитые

По воспоминаниям старожилов района, которые стали попадать на страницы прессы еще в довоенные годы, условия жизни в «казармах для холостых мастеровых» были казарменные, если не сказать – спартанские.

Иначе, наверное, и быть не могло: большинство их обитателей составляли парни в возрасте от шестнадцати до двадцати пяти лет, оторванные от родителей, семьи, односельчан – основного контроллера социального поведения.

Ко сну отходили все вместе: в девять часов вечера электрическое освещение в жилых комнатах централизовано выключилось. Просыпались тоже в коллективном порядке: ровно в шесть часов утра внутренности дома наполняло дребезжание электрозвонка.

За гигиеной следили строго: раз в неделю обитателям общежития вменялось в обязанность ходить в заводскую баню, а для того, чтобы рабочих не одолели паразиты, головы поначалу всем жильцам «длинных домов» полагалось брить под ноль.

Опасения были отнюдь не беспочвенные: плотность населения в двух старейших казармах заводской колонии была колоссальная – на один «длинный дом» приходилось…полтысячи жильцов, спавших на двух-трехъярусных нарах.

Поначалу, пока не были выстроены дома, расположенные ближе к центру города, в общих спальнях приходилось ютиться, порой, и семейным парам – в таком случае, они просто отгораживались от соседей натянутыми на веревках одеялами.

Но уже к зиме 1914 года в домах вдоль теперешней 5-ой линии остались одни только неженатые работники – как те, что трудились на судостроительной верфи, так и работавшие строителями на возведении новых цехов и построек.

Можно предполагать, что одним из обитателей «длинных домов» был и будущий авиаконструктор Сергей Ильюшин – с весны 1913-го по осень 1914-го он прошел в Копли путь от разнорабочего до помощника экскаваторщика.

А вот будущий полярник Иван Папанин, хотя и жил в Ревеле в тот же временной период, соседом его по общей спальне быть никак не мог: работал он на заводе Беккера, а не на предшественнике позднейшего БСРЗ.

Шанс выжить

Уже после Второй мировой войны архитектор Дмитриев вновь посетил Таллинн – и, конечно же, не мог не заглянуть на Балтийский судоремонтный завод, некогда спроектированный им.

Говорят, пожилой к тому времени зодчий немало удивился: постройки рабочей колонии, который планировались им в начале ХХ века как временные, прекрасно использовались и в середине столетия.

Вроде бы, «старший» из двух «длинных домов» — тот, что был расположен ближе к морскому побережью, еще и умудрился «сменить профиль» — в нем вот уже несколько десятков лет функционировала неполная средняя школа.

Дожить до наших дней ей, увы, не довелось: расформированная, он прекратила свое существование в середине девяностых годов – а вслед за ее фактическим упразднением под снос пошло и окончательно амортизированное школьное здание.

Ее брату-близнецу, которое, как и сто с лишним лет тому назад, служило жилищем, до недавнего времени везло больше: девелоперы и застройщики района Копли обещали отреставрировать постройку, превратив ее в современные благоустроенные квартиры.

Что-то, как говорится, пошло не так: в ночь на 31 марта вспыхнул пожар. Едва ли – случайные: все дверные и оконные проемы здания были накрепко зашиты, а внутри постройки была установлена сигнализация не только на задымление, но и на движение.

К моменту прибытия пожарных расчетов она, «почему-то» оказалась отключена. Более того – когда спасатели тушили одну часть здания, пламя, «внезапно» вспыхнуло в другом его крыле. На объекте позже обнаружили канистру из-под бензина и факел…

«Длинный дом» на 5-ой линии не имел статуса охраняемого памятника архитектуры, а всего лишь был включен в район охраняемой застройки. А реставрировать здание всегда дороже и сложнее, чем возвести на его мести «приблизительную копию».

Но ни одна копия, как известно, не способна заменить оригинал. Возможно, один из старейших жилых домов Копли и одно из первых пращуров современных жилищ большинства таллиннцев заслуживает большего, чем сгинуть в огне пожара?

Тем более, что, по крайней мере, часть его сохранилась. И спасибо за это сказать стоит не только пожарным, но и архитектору Дмитриеву, так промыслительно разбившего массив деревянного корпуса тремя каменными лестничными клетками…

Йосеф Кац
«Столица»











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.







Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд
Таким представлялся вид сверху на новый корпус нынешнего Городского театра
во дворах девятого квартала архитектору Калле Рыымусу в 1987 году.

От «Интернационального клуба» до «Сцены в преисподней»

Двор здания Таллиннского городского театра стоит на пороге больших перемен, ожидание которых оказалось растянутым чуть ли не на три с ...

Читать дальше...

Первые семь КТ-4 в ожидании «воздушного путешествия»
с железнодорожной платформы на трамвайные пути. Февраль 1981 года.

Чехословацкие «аквариумы» для трамвая Таллинна

Сорок лет тому назад на таллиннские улицы впервые вышли трамваи чехословацкой сборки «КТ-4», обслуживающие жителей и гостей столицы и по ...

Читать дальше...

Что и почему нужно знать о тайном пакте Бермонта-Гольца

Сто лет назад, 21 сентября 1919 года, генерал германской армии Рюдигер фон дер Гольц и командир Западной добровольческой армии самопровозглашенный ...

Читать дальше...

Часовня СЗА на кладбище в Копли 25 октября 1936 года.

Возвращение памяти: часовня СЗА в Копли

Одна из достопримечательностей Пыхья-Таллинна и памятник русскому прошлому столицы, утраченный в послевоенные годы, начинает свое возвращение к таллиннцам. До начала нынешнего ...

Читать дальше...

Таллин

О НАЗВАНИИ СТОЛИЦЫ ЭСТОНСКОЙ ССР

7 декабря 1988 г. на сессии Верховного Совета Эстонской ССР единогласно принята поправка к русскому тексту Конституции (Основного закона) Эстонской ...

Читать дальше...

Модель торгового судна XVII века, принадлежавшего членам ревельского братства Черноголовых, в коллекции Таллиннского городского музея.

Восемь столетий Таллинна: Век семнадцатый, переломный.

Семнадцатый век единственный в восьмивековой истории Таллинна целиком и полностью укладывается в рамки Шведского времени, составляя тем самым большую часть ...

Читать дальше...

Биржевой переулок.

Биржевой проход: «тропой истории» вдоль Исторического музея

После недавно завершившейся реставрации Биржевой проход – одна из самых колоритных и узнаваемых улочек Старого Таллинна – вновь открыта для ...

Читать дальше...

Фасад Дома кино – один из самых ярких образцов эклектики в архитектуре Старого Таллинна.

Дворец десятой музы: Дом кино на улице Уус

Сорок лет назад муза кино обрела в Таллинне свой собственный дом – роскошный неоренессансный особняк на улице Уус. Первый киносеанс в ...

Читать дальше...

Семья лопарей-саамов с их оленями. Иллюстрация из газеты «Rigasche Rundschau», март 1931 года.

Заполярье за Коммерческой гимназией: Лапландия в Таллинне

Для того чтобы посетить «всамделишную Лапландию», столичным жителям девяностолетней давности было достаточно заглянуть на пустырь за зданием нынешнего Английского колледжа ...

Читать дальше...

Руководство Рийгикогу первого созыва в служебных помещениях замка Тоомпеа.

Бездна доверия и масса проблем: 1-я сессия 1-го Рийгикогу

Сто лет тому назад термин «Рийгикогу» вошел в активный словарь жителей Таллинна и других городов нашей страны: 4 января 1921 ...

Читать дальше...

Таллиннский Дед Мороз переходного от «новогоднего» к «рождественскому» периоду своей биографии на открытке второй половины 80-х годов.

В Кадриорге когда-то работала школа Дедов Морозов

Тридцать лет назад в Таллинне открылось учебное заведение, аналогов которому прежде в истории системы образования столицы едва ли было возможно ...

Читать дальше...

На месте Järve Selver почти сто лет высились корпуса фабрики, основанной Оскаром Амбергом.

Силикатный кирпич Оскара Амберга

Сто десять лет тому назад на окраине тогдашнего Таллинна приступило к работе предприятие, без преувеличения, изменившее облик города самым радикальным ...

Читать дальше...

Заглядывать в чужие окна – не слишком культурно. Заглянуть же в историю таллиннских окон – как минимум небезынтересно.

От трилистника до... стены: биография таллиннских окон

Сочлененное с готическим порталом средневековое окно в каменной раме можно отыскать даже на фасадах зданий, до неузнаваемости перестроенных в последующие ...

Читать дальше...

Главный акцент интерьера часовни в башне городской стены – изображение девы Марии – выполнен художником Андреем Стасевским и каллиграфом Татьяной Яковлевой.

От грозного Марса до Девы Марии: метаморфозы башни Грусбекетагуне

Первый ярус одной из башен таллиннской городской стены превратился в уникальный культовый и культурный объект. То, что расположенная поблизости башня крепостной ...

Читать дальше...

Обложка альбома «Георг Отс – 100», выпущенного в нынешний юбилейный год.

Еще раз о Георге Отсе: портрет в жанре альбома

Альбом «Георг Отс – 100», выпущенный таллиннским издательством «Александра», – достойный аккорд юбилейного года, посвященного столетию со дня рождения легендарного ...

Читать дальше...

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, — две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.




Видеохроника:

Легенды древнего города Таллина. Ревеля. Дьявол справляет свадьбу. Дом с тёмным окном.

Каждую неделю, новая легенда, от проекта «Ливонский Орден. XXI век».

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
Тут, в Старом Таллине, на твою голову сплошняком сыплются разнообразные "привидения - Белые Дамы", "меткие стрелки - Тоомасы", "связавшиеся с дьяволом - Олевы", "черноголовые братья", и прочие "колодцы желаний". И ты слушаешь, слушаешь взахлёб, отвесив челюсть, потому что не просто знаешь, а уже нутром чуешь, что вот эти доски, вмурованные в площадь, действительно указывают на место единственной публичной казни священника в городе, а не воткнуты сюда пару лет назад предприимчивыми гражданами для заманивания туристов. Таллинну не имеет смысла пускаться на такое низкопробное трюкачество, которым грешит вся туристическая Европа, ибо здесь сохранилось и дошло до нас даже слишком много для человеческого индивидуума того самого неуютного средневековья. С замками, рыцарями, купцами, принцессами, ведьмами, колдунами и прочей атрибутикой...
Это интересно:
  • BEHANDELN, LERNEN, LERNEN
  • FÜR DEN HEILIGEN VALPURGI-TAG ODER WIE IN DER REVEL AUF DEN FAKTOR GEJAGT
  • Dort steht die "KOSULA" von JAAN KOORT: DIE VERGANGENHEIT UND DIE ZUKUNFT DES TALLINSK-QUADRATES AUF NUNNA
Дайте ответ Магистрату!

2019 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...

Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!