А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще!

Депеши в Магистрат!

Следует знать…
Рождение озера Юлемисте: В народе существует предание о рождении озера на Ласнамяги. Однажды батраки поместья Мыйгу распахивали поле. Работали они до позднего вечера, но не приметили в природе никаких странных или необычных предзнаменований. Батраки оставили плуги на ночь в поле, собираясь чуть свет вновь начать трудиться. Глубокой ночью людей разбудил громкий крик, который раздался в поле: "Озеро идет! Озеро идет!". За криком последовал необычайный гул. Затем из глубокой расщелины, которая-де и сейчас темнеет на дне в самой середине озера, потоком хлынула вода вместе с разнообразными рыбами. К утру на месте поля простиралась озерная гладь. Среди местных жителей бытовало поверье, что из озера Харку в Ыйсмяэ глубоко под землей течет в озеро Юлемисте быстрая речка. Оттого и водятся в Юлемисте те же виды рыб, что и в озере Харку. Считается, что рыба переплывает из одного озера в другое по подземной реке. Еще рассказывают, будто со дна Юлемисте подняли недавно несколько плугов. Полагают, что это те самые плуги, которые батраки оставили на барском поле, когда за ночь там появилось новое озеро...
Хроники Таллина
Говорят так:
Большинство горожан были выходцами из деревни. Свободных крестьян тогда почти не было. Значит, город укрывал беглых крепостных. Год и один день должен был провести в городе каждый из них, чтобы получить свободу. Но, и став горожанином, бывший крепостной должен был добывать себе средства к существованию тяжелым трудом, за который платили гроши. Каждый горожанин был членом объединения (гильдии или цеха). Гильдий в городе было три, а цехов - гораздо больше, может быть, столько же, сколько и профессий. Город сохранил память о некоторых из них, так как люди одной профессии сделались слободами. Вот улица Кинга - здесь жили сапожники. На Монетной (Мюнди) - осели монетчики, на Куллассепа (золотых дел мастеров) колдовали ювелиры. Булочники, кузнецы, рыбаки - каждый жил на своей родной улице Сайа-Кяйк, Сепа, Каламая.
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Ливонский Орден в Эстонии

Метроном
  • Blog stats
    • 1332 posts
    • 0 comments
    • 37 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.8 posts per month
    • 237 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 trackbacks per post

Заказать гида по Таллину, и другим регионам Эстонии. Лучшие гиды!
Подробнее...

Ровно 120 лет тому назад над нынешней Ситсимяэ впервые зазвучал фабричный гудок: была пущена в ход Балтийская бумагопрядильная и ткацкая мануфактура.

Безымянная до того возвышенность на северной оконечности городских владений обрела вскоре свое название: Ситцевая горка.

А в истории полуострова Копли открылась новая страница биографии – индустриальная.

Два Джона

В начале ХХ века здание Балтийской мануфактуры стало настолько популярно, что даже было запечатлено на цветной почтовой открытке.

В начале ХХ века здание Балтийской мануфактуры стало настолько популярно, что даже было запечатлено на цветной почтовой открытке.

Начало промышленной революции административный центр Эстляндской губернии, по большому счету, проспал: индустриализация здесь началась с опозданием на добрых полвека.

Причин тому было несколько: от статуса города-крепости, тормозившего коммерческое использование морской гавани, и цехового уклада производства до особенностей топографии.

Отсутствие реки, по которой сырье для мануфактур могло доставляться, а также перепадов высот на ее пути, способных заставить крутиться колеса водяных машин, отпугивало потенциальных фабрикантов.

Все изменилось после того, как Ревель и его порт были демилитаризированы, от его гавани к столице Российской империи протянулась железнодорожная ветка, а энергия воды уступила позиции в промышленности энергии пара.

Произошло это, применительно к местным реалиям, к шестидесятым-семидесятым годам XIX столетия. А еще через четверть десятилетия, когда запросы местного рынка оказались удовлетворены, пришла пора начинать работать на экспорт.

Замахнуться на столь амбициозную задачу отважились двое предпринимателей: домовладелец, учредитель Балтийского торгово-промышленного банка, австро-венгерский консул Джон Эльфенбайн и купец первой гильдии Эуген Блок.

Имя первого из них – не случайность: английских негоциантов остзейские немцев водили в торговых партнерах со времен Ганзы, а в позапрошлом столетии с восторгом смотрели в сторону Британских островов – флагмана технического прогресса.

Именно поэтому, надо понимать, техническим директором вновь создаваемого предприятия было решено поставить чистокровного англичанина – Джона, или, как было принято звать его в Российской империи, Ивана Ричардовича Карра.

Ценен он был не только своим британским происхождением: на протяжении двадцати двух предшествующих лет он возглавлял комплекс текстильных мануфактур нарвского Кренгольма и считался одним из ведущих специалистов в своей области.

Заполучить такого ценного профессионала оказалось наверняка сложнее, чем необходимую территорию на далекой ревельской окраине: бывшие пастбища отцы города отдали концессионерам по вполне милосердной цене.

Устав акционерного общества Балтийской бумагопрядильной и ткацкой мануфактуры был утвержден императором осенью 1898 года. Следующим летом была произведена торжественная закладка фабричных корпусов.

Масштаб и темп
«Вчерашнего дня впервые пущена в ход прядильня Балтийской бумагопрядильной и ткацкой мануфактуры, – сообщала читателям газета «Ревельские известия» 3 марта 1900 года. – Прядильня приводится в действие грандиозной паровой машиной в сто шестьдесят сил, построенной в Англии и собранной уже здесь на месте английскими монтерами и местными слесарями.

Главное фабричное здание представляет собой самое грандиозное сооружение во всем Ревеле; вся длина здания – более четверти версты. Прядильня выстроена высотой в пять этажей, ткацкая – в четыре».

Хотя автором невиданного доселе в городе здания газетная заметка 120-летней давности называла самого Джона Карра, современные источники указывают на местного архитектора Рудольфа Кнюпфера.

Не исключено, что обе версии в равной степени справедливы: англичанин Карр, вероятно, был ответственен за инженерно-техническую сторону проекта, остзеец Кнюпфер – за архитектурную, то есть за оформление фасадов.

Вытянутое краснокирпичное здание, акцентированное с торцов четырехугольными башнями, выглядело для местной архитектурной традиции и впрямь непривычно: над пустырем окраины оно высилось подобно замку или романскому собору.

Но еще большим новшеством, нежели внешний облик постройки, была его «начинка»: нет никаких сомнений, что оборудование Балтийского мануфактуры являлось едва ли не самым передовым в городе в плане задействованных механизмов и технологий.

«Фабрика снабжается водою из двух артезианских скважин, устроенных инженером Шерешенским и инженером Рейманом, – писали «Ревельские известия». – Обе они дают весьма изрядное количество прекрасной и безукоризненно чистой воды.

Освещается фабрика электричеством: свет дают около двух с половиной тысяч лампочек. Особенно устроены самодействующие противопожарные устройства и приспособление для увлажнения и очистки воздуха внутри здания.

Постройка здания и установка машин произведены с удивительной быстротой: начаты строительные работы в июле 1899 года, 1 ноября они были полностью завершены, а уже 2 марта фабрика была пущена в ход.

Теперь глухая Коппельская дорога стала очень оживленной и проторенной, пустынная площадь, где совсем недавно еще пасли коров, представляет собою оживленный и населенный пункт…»

Новые времена
«Та ткацкая фабрика, о которой было столько разговоров в Таллинне, заставляет радоваться не только жителей Эстляндской губернии, но и живущих далеко от нее, – писала газета Postimees. – Потому что когда такое значительное предприятие однажды начинает работать, то оно дает место заработка многим тысячам, обеспечивая их и их близких хлебом насущным – как же такому не возрадоваться».

Если газетный репортер и преувеличивал, то совсем незначительно: на момент своего пуска Балтийская мануфактура давала работу двум сотням рабочих и служащих, а уже через год штат ее работников превысил девятьсот человек.

Через три же года после дня пуска на предприятии трудились почти тысяча триста человек – среди них, кстати, и прядильщица Кати Лоорберг, будущая Екатерина Ивановна Калинина, жена «всесоюзного старосты» Михаила Ивановича Калинина.

Представительницы прекрасного пола, как вообще было это принято в текстильной промышленности, составляли среди работниц Балтийской мануфактуры большинство: недаром пресса времен довоенной ЭР порой шутливо звала ее «женским царством».

Правда, условия труда «подданных» этого «царства» прекрасными называть с точки зрения современного трудового законодательства назвать было бы сложно: рабочий день длился тут десять с половиной часов с полуторачасовым обедом.

Одним из завоеваний революции 1905 года работники предприятия по праву могли посчитать сокращение продолжительности рабочего времени на час. Но лишь крушение монархии сократило труд до восьмичасового формата.

Последующие за весной, а особенно – осенью 1917 года события в изрядной степени девальвировали значение этого достижения: вскоре некогда ведущее предприятие Таллинна стало работать в одну смену, а затем – встало.

Причин на то было несколько. И прежде всего – тотальное преображение политической карты бывшей Российской империи. Эстония стала независимым государством, в России к власти пришли большевики.

Одним махом Балтийская мануфактура оказалась отрезана как от своего основного сырья – среднеазиатского хлопка, так и от основного рынка сбыта: продукция ее вывозилась прежде за реку Нарову.

Постепенно удалось справиться с обеими трудностями: в 1920 году производственные корпуса были соединены новой постройкой. Но достичь былых масштабов производства так и не удалось.

Зато быт работников предприятия в годы между двумя мировыми войнами определенно улучшился: при фабрике работали культурные общества и общества взаимопомощи.

Впрочем, даже тогдашние репортеры, время от времени наведывавшиеся на предприятия, особо не скрывали: за ткацкий станок девушек и женщин гонит лишь крайняя нужда.

***

Пережив пору своего второго расцвета в годы советской власти, Балтийская мануфактура входила на рынок восстановившей свою государственность Эстонии с большими надеждами.

Увы, по большей части они оказались тщетными: конкурировать с аналогичными предприятиями Азии, ставшими «ткацкими мастерскими» мира глобальной экономики, фабрике оказалось не по силам.

Свой 120-й юбилей производственные корпуса на Ситцевой горке встречают в состоянии, близком к руинированному. Жизнь ушла из них четырнадцать лет тому назад – после банкротства предприятия.

Время от времени выдвигаются планы полной реконструкции промышленного квартала. Да вот только остаются они, к сожалению, пока все больше на бумаге да в архивах интернет-изданий.

В каком виде суждено возродиться былому «женскому царству» – гадать сложно. Но вера в то, что возрождение это рано или поздно обязательно произойдет, пока еще теплится.

Йосеф Кац
«Столица»











Сказать кстати…

Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.







Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд

Новый роман-сказка, Подземная Башня. Увидит ли свет?

Прошу вас поддержать мой проект - издание книги «Подземная Башня». Книга «Подземная Башня» интересна уже тем, что до сих пор ...

Читать дальше...

Петровское реальное училище, ныне – Таллиннская реальная школа: первое в городе здание, построенное специально для нужд учебного заведения.

«Дома учения» и «храмы знаний»: эволюция таллиннских школ

Понятие «школа» неизменно присутствует в сознании жителей Таллинна последние столетий семь минимум. При этом облик самих школьных зданий изменялся в ...

Читать дальше...

Игорь Коробов: людей интересует прошлое, и часто больше, чем настоящее

«Если бы государственные чиновники работали так же самоотверженно, как работают подвижники на поприще энциклопедического дела, мы были бы процветающей Швейцарией», ...

Читать дальше...

Начало прорыва в Кронштадт: крейсер «Киров» покидает горящий Таллинн. 
Рисунок Якова Ромаса, в 1941-43 годах художника эскадры Балтийского флота.

Таллиннский переход-1941: фарватером мужества и бессмертия

Восемьдесят лет исполняется событию одновременно трагическому и героическому: легендарному переходу кораблей и судов Балтийского флота из Таллинна в Кронштадт. «Для меня ...

Читать дальше...

Митинг на площади Вабадузе 20 августа 1991 года - за считанные часы до восстановления государственной независимости.

Таллинн, август 1991-го: точки на карте столицы

Знаковые для новейшей истории Эстонской Республики места столицы – очевидные и менее известные. Общая историческая канва событий, кульминационным этапом которых стало ...

Читать дальше...

Вид на шпиль церкви Олевисте со строительными лесами во время проведения послепожарных реставрационных работ. Август-ноябрь 1931 года.

Противогазы, насосы и фальшивые реликвии: как шпиль Олевисте от гибели спасали

Девяносто лет тому назад одна из вертикальных доминант силуэта столицы и общепризнанная визитная карточка Старого Таллинна чудом оказалась спасена от ...

Читать дальше...

Автомобильные аварии в Советской Эстонии

Не так давно, попалась коллекция фотоснимков автомобильных катастроф. Фотографии офицера советской милиции, Анатолия Калиничева. За фиксацию истории, ему большая благодарность. ...

Читать дальше...

История таллинского герба

В червлёном щите серебряный крест.  Малый герб происходит от флага Дании, так как датский король Вальдемар II был правителем Эстляндии. В ...

Читать дальше...

Археологическая удача: на бывшем чумном кладбище в центре Таллинна найдены десять скелетов

Замена труб в центре Таллинна дала археологам возможность провести раскопки и исследовать место, где когда-то располагалось чумное кладбище, пишет Eesti ...

Читать дальше...

Летний буфет на горке у Морских ворот, открывшийся в 1886 году и окончательно сгоревший накануне Первой мировой войны.

От бастиона до парка: преображения горки Раннамяги

Скорое трехсотсорокалетие горка Раннамяги встретит через три года изрядно помолодевшей: управа Кесклиннаской части города приступила к долгожданной реставрации памятника архитектуры. На ...

Читать дальше...

Более 60 последних лет фоном памятнику жертвам расстрела на Новом рынке служит не театр «Эстония», а сосны кладбища Рахумяэ.

«Колесо свободы» с площади Нового рынка

Девяносто лет тому назад в центре Таллинна был открыт один из самых необычных памятников столицы – как по своему облику, ...

Читать дальше...

Восемьдесят с лишним лет тому назад перед входом в нынешний Детский музей Мийамилла плескались
посетители бассейна-лягушатника.

Парк, стадион и музей: детские адреса Таллинна

В городском пространстве столицы современной Эстонии присутствует с полдюжины объектов, имеющих к отмечаемому 1 июня Международному детскому дню самое непосредственное ...

Читать дальше...

Ревельский рейд в начале XIX столетия и вице-адмирал Горацио Нельсон. Современный коллаж.

«Все принимали меня за Суворова»: ревельский визит адмирала Нельсона

Двести двадцать лет тому назад нынешнюю столицу Эстонии с не вполне официальным и не слишком дружественным визитом посетил вице-адмирал Горацио ...

Читать дальше...

Капелла на Римско-католическом кладбище Таллинна накануне сноса в 1955 году.

Забытый уголок: капелла Багриновских и прошлое парка Пооламяги

Археологические раскопки на территории нынешнего парка Пооламяги – исторического Римско-католического кладбища – помогут определить будущий облик этого забытого уголка Таллинна. Топоним ...

Читать дальше...

Главный фасад исторического здания таллиннского Балтийского вокзала, сданного в эксплуатацию ровно полтора века тому назад.

«Прекрасно обставленный»: полтора века Балтийского вокзала

Балтийский вокзал – главные железнодорожные ворота Таллинна – распахнул свои двери перед горожанами и гостями города полтора века тому назад: ...

Читать дальше...

Городская стена — самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.











Сказать кстати…

Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.




Видеохроника:

Легенды древнего города Таллина. Ревеля. Дьявол справляет свадьбу. Дом с тёмным окном.

Каждую неделю, новая легенда, от проекта «Ливонский Орден. XXI век».

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
Жил-был в Таллине палач. В небольшом двухэтажном домике возле крепостной стены, на нынешней улице Рюйтли. Недалеко от «места работы» – эшафот находился за городской чертой, на этом месте сегодня стоит здание Национальной библиотеки. В черте города в средние века не казнили. Единственным исключением была казнь священника на Ратушной площади. Палач тогда назначался бургомистром и жил отшельником. Он был лишен гражданских прав, его дети не могли учиться в школе. Когда он проходил по улице в красном одеянии с колокольчиками на капюшоне, люди разбегались в стороны.
Это интересно:
  • BEHANDELN, LERNEN, LERNEN
  • FÜR DEN HEILIGEN VALPURGI-TAG ODER WIE IN DER REVEL AUF DEN FAKTOR GEJAGT
  • Dort steht die "KOSULA" von JAAN KOORT: DIE VERGANGENHEIT UND DIE ZUKUNFT DES TALLINSK-QUADRATES AUF NUNNA
Дайте ответ Магистрату!

2019 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...

Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!