А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще!

Депеши в Магистрат!

Следует знать…
С Вышгорода в Нижний город можно спуститься несколькими путями: по ступенькам Паткулевской лестницы, по улице Тоомпеа, лежащей между Харьюмяги и Линдамяги, но, пожалуй, лучше воспользоваться улицей Пикк-Ялг (Длинная нога). До XVII века она была единственной дорогой, связывающей Вышгород и Нижний город. Вступив на эту улицу, вы почувствуете себя как в глубоком рву: с двух сторон ее обрамляют высокие стены из известняковых плит. Этими стенами в середине XV века непокорный Нижний город отгородился от властолюбивого Вышгорода.
Говорят так:
Ходила о пригорке Тынисмяги, легенда, вернее притча о привидениях. Водились эти привидения в несколько необычном месте – в колодце. В великую засуху 1674 года с колодцем произошло нечто непонятное: вода в нем вдруг закипела, забурлила, заклокотала. Два человека, попытавшихся спуститься на дно колодца по лестнице, так там и остались. Русалки затянули под воду, решили люди. Третий, спустившийся в колодец, обвязавшись веревкой, только и смог что вымолвить, когда его вытащили наверх: «Привидения»! Отцы города не нашли ничего лучшего как засыпать колодец и установить на его месте крест. Нечисть этого не снесла и сгинула куда-то.
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Ливонский Орден в Эстонии

Метроном
  • Blog stats
    • 1325 posts
    • 0 comments
    • 37 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.8 posts per month
    • 236 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 trackbacks per post

Заказать гида по Таллину, и другим регионам Эстонии. Лучшие гиды!
Подробнее...

Непростой во всех отношениях XVI век подарил Таллинну первые портреты города и его жителей, первый памятник, а также один из ключевых текстов городской истории.

Специалисты говорят, что склонность к саморефлексии нередко проявляется у человека особо остро в период кризисов и испытаний.

Портреты павших в сражении 11 сентября 1560 года горожан и старейшее изображение Таллинна на эпитафии Братства черноголовых.

Портреты павших в сражении 11 сентября 1560 года горожан и старейшее изображение Таллинна на эпитафии Братства черноголовых.

Аналогичных выводов в отношении городов никто, похоже, до сих пор, не делал, хотя Таллинн мог сослужить подобной теории хорошую службу в качестве примера наглядного, а главное – очевидного и убеждающего.

Шестнадцатое столетие – пора перехода от Средневековья к раннему Новому времени, эпоха религиозного, политического, а вскоре и военного кризиса – было непростым на всей территории прежней Ливонской конфедерации.

Привычный уклад рушился, грохотали пушки, лилась кровь, эпидемии прокатывались по разоренному краю – и именно тогда таллиннцы, похоже, впервые, задумались над извечными вопросами: кто мы, откуда, куда идем и что оставим в память о себе?!

Открытие индивида
«Жизнь человека – сон, тень, пузырь на воде, – писал настоятель церкви Святого духа Георг Мюллер. – Перед Александром Македонским дрожал мир, но и его скосили, как траву».

Жил проповедник лет четыреста тому назад. Но воззрения его всецело укладывались в картину мира средневекового человека и на рубеже XVI–XVII столетий были уже анахронизмом.

Никто, конечно же, не может сказать, когда именно жители Ревеля впервые стали воспринимать земную жизнь как нечто самоценное, а не как кратковременный пролог жизни вечной, грядущей.

Культурологи склонны по умолчанию считать, что произошло это не позднее эпохи Возрождения в общеевропейских масштабах и в период церковной Реформации применительно к реалиям Северной Европы.

Искусствоведы соглашаются: индивидуальное начало стало интересовать местных мастеров резца и кисти практически одновременно с тем, как под сводами храмов зазвучала проповедь учения Лютера. Или чуть раньше.

Хороший пример тут – Мариинская капелла церкви Олевисте, возводить которую начали в 1513 году (формально еще при католичестве), а завершили и освятили десять лет спустя, накануне начала в Ревеле церковной Реформации.

Лебединая песнь готической архитектуры, она, как считается, уже несет чуть заметный отблеск нового, ренессансного, еще даже не искусства, а видения мира и человека в нем: не слишком приметный на первый взгляд, но достаточно красноречивый.

Строил здание мастер, по всей вероятности, славянского происхождения – выходец с территории современной Польши Клеменс Пале. Его «автопортрет» ряд исследователей склонен видеть в бородаче, вытесанном на консоли карниза.

Это, конечно, только одна из многочисленных версий. Но изваяния лиц, отмеченных явной печатью практически портретной индивидуальности, становятся в XVI веке популярнейшим украшением частных и общественных зданий Ревеля.

Оригиналы тех, что украшали утраченную в годы Второй мировой войны важню, хранятся в фондах Городского музея. Те, что появились в 1596 году на фасаде дома по Ратушной площади, 18, красуются на былом месте копиями.

Легенда гласит, что «официально» изображая евангелистов, в реальности они представляют собой портреты то ли членов магистрата, то ли сыновей домовладельца – доказать или опровергнуть обе версии трудно.

Зато доподлинно известно имя первого таллиннского горожанина, удостоенного (хотя и посмертно) собственного изображения языком монументальной пластики: звали его Блазиусом Хохгреве.

Город и горожане
Не двинь в свое время на Ливонию свои полки государь московский и всея Руси Иоанн Васильевич – след о себе Блазиус Хохгреве оставил бы разве что в криминальной хронике.

Богатый купец, член Большой гильдии, он оказался замешан в какой-то афере с вывозом товара из соседней Финляндии и продаже их в Ревеле без уплаты соответствующей пошлины.

Склонность к риску и авантюризму, вызвавшая возмущение отцов города в мирное время, оказалась весьма кстати, когда под крепостными стенами появился враг – передовые разъезды татарской конницы.

Кульминационной точкой в биографии Хохгреве стало 11 сентября 1560 года, когда отряд под его командованием вступил в окрестностях Пярнуского тракта в схватку с конниками хана Шах-Али – и фактически весь погиб.

Событие это, в контексте сражений Ливонской войны едва ли примечательное, оказалось увековечено современниками сразу несколькими произведениями искусства, в разной степени сохранившимися до наших дней.

Из трех памятников непосредственно на поле битвы – погибшим воинами из отряда ревельских Черноголовых, их командирам Лутке ван Ойтену и Блазиусу Хохгреве, – уцелел последний – массивный плитняковый крест во дворе на улице Марта.

Высеченная на его поверхности коленопреклоненная перед распятием фигура павшего достаточно точно передает облик зажиточного горожанина своего времени: дорогой костюм, вошедшая в моду «лютеровская» аккуратно стриженная бородка…

Схожим по композиции был и памятник ван Ойтену, разрушенный лет семьдесят тому назад. А вот павшим черноголовым пришлось довольствоваться только выбитыми на каменной плите именами да подходящей цитатой из Псалтыри.

Впрочем, увидеть их лица тоже не составит большого труда: в собрании Таллиннского городского музея хранится эпитафия, заказанная некогда черноголовыми в память о павших в бою с «московитами» своих собратьях.

Что примечательно вдвойне, помимо изображений конкретных горожан, написанная на доске картина донесла до нас и старейший «портрет» города: часть крепостной стены у Морских ворот и башня церкви Олевисте.

И это еще один несомненный знак перемен в мировоззрении горожан: средневековые мастера если и изображали реальные городские панорамы, то, как правило, в качестве фона к библейским сюжетам.

Запечатлеть для современников и потомков не просто родной город, а объект, бывший поводом для справедливой гордости – самую высокую в окрестных краях колокольню, – ментальный прорыв.

Вызов, брошенный уходящей в прошлое средневековой традиции. И явный пролог к практике последующего века, когда город обзаведется полудюжиной гравированных «портретов».

Хронист эпохи
Изобразить город не в пору трудных испытаний, а мирной порой никто из работавших в Ревеле на протяжении XVI столетия, к сожалению, так и не удосужился. Но пробел этот восполним.

Два расписных люнета в Малом зале Большой гильдии – нынешнем Историческом музее – изображают прибытие в город первых протестантских проповедников и праздник Майского графа.

Работы остзейских художников полуторавековой давности, отдаленных от запечатленных ими событий тремя сотнями лет, хотя и содержат ряд ошибок, выполнены с завораживающей достоверностью.

Благодарным тут надо быть не только живописцам – говоря откровенно, довольно провинциальным. Но и текстам непосредственного свидетеля и очевидца, запечатлевшим быт ганзейского Ревеля во всей красе и полноте.

Звали его Бальтазар Руссов, состоял он настоятелем эстонского прихода Святодуховской церкви, а в историю города вошел как создатель «Хроники Ливонской провинции» – текста, значимость которого переоценить было бы сложно.

Нет никакого сомнения: хроники на территории современных Эстонии и Латвии создавались и до того. Как анонимные, так и авторские, они известны с самого начала эпохи Северных крестовых походов – иными словами, с первой четверти XIII века.

По своему сословному положению пастор Руссов не отличался от своих предшественников: был он лицом духовного звания и, взявшись за перо, наверняка свято верил, что преследует цели исключительно дидактические и нравоучительные.

Однако вот незадача: читая в наши дни хронику, изданную впервые в 1576 году, отчетливо понимаешь, что пером хрониста водила муза истории Клио – даже если сам автор, богобоязненный лютеранский священник, не задумывался над этим.

Впрочем, представлять себе Руссова как некого «Нестора-летописца», укрывшегося от бурных событий современности в тиши отшельнической кельи, было бы неверно в корне: хронист был подлинным биографом своей эпохи.

И не столь важно, что так ценимые потомками описания средневековых празднеств или же роскошного дворянского быта он фиксировал ради обличения нравов «порочной эпохи католичества»: он сохранил их навсегда.

Нельзя сказать, что город оценил автора при жизни: тот, кто на титульном листе впервые обозначил себя как «ревельца», был вынужден посвящать продолжения своего труда не магистрату, а шведскому королю.

Да, откровенно говоря, и в Таллинне наших дней тоже, к сожалению, так и нет не то что улицы – даже переулка или дворика, который был бы наречен именем первого городского хрониста.

Увековечен он разве что только названием чесночного ресторана «Бальтазар» да букинистического салона Russow galerii. Что ж, изгибы исторической памяти непредсказуемы.

Йосеф Кац

«Столица»











Сказать кстати…

Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.







Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд

История таллинского герба

В червлёном щите серебряный крест.  Малый герб происходит от флага Дании, так как датский король Вальдемар II был правителем Эстляндии. В ...

Читать дальше...

Археологическая удача: на бывшем чумном кладбище в центре Таллинна найдены десять скелетов

Замена труб в центре Таллинна дала археологам возможность провести раскопки и исследовать место, где когда-то располагалось чумное кладбище, пишет Eesti ...

Читать дальше...

Летний буфет на горке у Морских ворот, открывшийся в 1886 году и окончательно сгоревший накануне Первой мировой войны.

От бастиона до парка: преображения горки Раннамяги

Скорое трехсотсорокалетие горка Раннамяги встретит через три года изрядно помолодевшей: управа Кесклиннаской части города приступила к долгожданной реставрации памятника архитектуры. На ...

Читать дальше...

Более 60 последних лет фоном памятнику жертвам расстрела на Новом рынке служит не театр «Эстония», а сосны кладбища Рахумяэ.

«Колесо свободы» с площади Нового рынка

Девяносто лет тому назад в центре Таллинна был открыт один из самых необычных памятников столицы – как по своему облику, ...

Читать дальше...

Восемьдесят с лишним лет тому назад перед входом в нынешний Детский музей Мийамилла плескались
посетители бассейна-лягушатника.

Парк, стадион и музей: детские адреса Таллинна

В городском пространстве столицы современной Эстонии присутствует с полдюжины объектов, имеющих к отмечаемому 1 июня Международному детскому дню самое непосредственное ...

Читать дальше...

Ревельский рейд в начале XIX столетия и вице-адмирал Горацио Нельсон. Современный коллаж.

«Все принимали меня за Суворова»: ревельский визит адмирала Нельсона

Двести двадцать лет тому назад нынешнюю столицу Эстонии с не вполне официальным и не слишком дружественным визитом посетил вице-адмирал Горацио ...

Читать дальше...

Капелла на Римско-католическом кладбище Таллинна накануне сноса в 1955 году.

Забытый уголок: капелла Багриновских и прошлое парка Пооламяги

Археологические раскопки на территории нынешнего парка Пооламяги – исторического Римско-католического кладбища – помогут определить будущий облик этого забытого уголка Таллинна. Топоним ...

Читать дальше...

Главный фасад исторического здания таллиннского Балтийского вокзала, сданного в эксплуатацию ровно полтора века тому назад.

«Прекрасно обставленный»: полтора века Балтийского вокзала

Балтийский вокзал – главные железнодорожные ворота Таллинна – распахнул свои двери перед горожанами и гостями города полтора века тому назад: ...

Читать дальше...

Главное здание больницы Общества общественного призрения с характерными вентиляционными трубами. Рисунок, выполненный по памяти в середине ХХ века.

От богаделен и госпиталей до больничных комплексов

Специальные здания для ухода за больными и их лечения предки нынешних таллиннцев начали строить еще до того, как поселение у ...

Читать дальше...

Северный, обращенный к Старому городу фасад театра и концертного зала «Эстония» в 1913 году: на первый взгляд – похоже, но приглядевшись, можно найти массу отличий.

Театр «Эстония»: метаморфозы фасада

За более чем вековую историю существования здания театра и концертного зала «Эстония» его северный, обращенный к Старому городу, фасад менял ...

Читать дальше...

Вход в здание Большой гильдии, стилизованный под сени сказочного терема 
в дни проведения Первой русской выставки Эстонии.

Смотр достижений нацменьшинства: Первая русская выставка

Первая русская выставка Эстонии, прошедшая в Таллинне весной 1931 года, привлекла всеобщее внимание и стала существенной вехой на пути межкультурного ...

Читать дальше...

Нынешний детский сад «Лотте» в Кадриорге – помещения ситцевой мануфактуры Х. Фрезе.

Восемь столетий Таллинна: век XVIII, просвещенный

Грань между Средними веками и Новым временем во многом условная – однако не будет ошибкой считать, что Таллинн по-настоящему переступил ...

Читать дальше...

Портреты космонавтов на фасаде таллиннского кафе «Москва».
Фото первой половины шестидесятых годов.

Таллинн, апрель 1961-го: космос становится ближе

Никогда до того – да, пожалуй, и никогда после, вплоть до дня сегодняшнего – космические дали не были так близки ...

Читать дальше...

Отправляясь в Африку или Америку, ты можешь оставаться в Европейском Союзе!

Вот несколько малоизвестных географических фактов, которые несомненно повышают значимость жителей Европейского Союза, а значит и жителей Эстонии. Территория Европейского Союза имеет ...

Читать дальше...

Новая кадриоргская оранжерея в представлении ее архитекторов.

Лето круглый год: в Кадриорг вернется оранжерея

Начать восстановление оранжереи, некогда бывшей неотъемлемой частью садово-паркового ансамбля в Кадриорге, городские власти планируют еще до конца нынешнего года. К числу ...

Читать дальше...

Городская стена — самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.











Сказать кстати…

Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.




Видеохроника:

Легенды древнего города Таллина. Ревеля. Дьявол справляет свадьбу. Дом с тёмным окном.

Каждую неделю, новая легенда, от проекта «Ливонский Орден. XXI век».

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
Таллиннцы неоднократно обращались и к шведскому, и к русскому правительству с просьбой похоронить Де Круа. Ну вот, денег, собранных за просмотр тела де Круа набралось достаточно, чтобы рассчитаться с долгами, которые он наделал при жизни и решено было де Круа похоронить. На отпевание собралось всего несколько человек. Они думали, что последние, кто видит загадочную улыбку де Круа перед окончательным захоронением. Но судьба распорядилась иначе. После последней войны, когда восстанавливали разрушенную церковь Нигулисте, могила де Круа помешала реконструкции, и его перезахоронили. Теперь, когда вы войдете в "Концертный зал-музей Нигулисте", посмотрите внимательно на пол. Там, возле входа вы увидите большую надгробную плиту, под которой нашел свое очередное упокоение Карл-Евгений де Круа. Навсегда…
Это интересно:
  • BEHANDELN, LERNEN, LERNEN
  • FÜR DEN HEILIGEN VALPURGI-TAG ODER WIE IN DER REVEL AUF DEN FAKTOR GEJAGT
  • Dort steht die "KOSULA" von JAAN KOORT: DIE VERGANGENHEIT UND DIE ZUKUNFT DES TALLINSK-QUADRATES AUF NUNNA
Дайте ответ Магистрату!

2019 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...

Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!