А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще!

Депеши в Магистрат!

Следует знать…
Когда-то в усадьбе Вана-Вигала жил барон, в чьем услужении было множество духов. Поехал он однажды в Таллинн через озеро Юлемисте. Барон строго-настрого запретил кучеру оглядываться во время езды по воде. Карета мчалась как по зеркалу. Когда она приблизилась к берегу, где было мелко, кучер все-же посмотрел назад. К своему великому изумлению он увидел, что вокруг кареты суетились духи, - слуги Вана-Вигалаского барона: они переносили доски из-за колес кареты и ставили их впереди нее - так они строили мост, по которому ехала карета. Как только кучер оглянулся, карета с упряжкой лошадей провалилась в воду. Но так как берег был совсем близко, кони вытащили карету на сушу и никто не утонул.
Хроники Таллина

ещё темы...

Говорят так:
Исследователь истории фабрики «Калев» Отто Кубо, полагает, что «таллинский» марципан вряд ли мог быть придуман в Европе: у нас не растет миндальное дерево и не делают сахар. Скорее всего, рецепт пришел с Пиренейского полуострова - с торгующими с Сицилией арабами, и уже оттуда - в материковую часть Европы. Или, как розовая вода, - из Турции. Ну, а дальше - понятно: у Ревеля были хорошие связи с другим членом Союза ганзейских городов - Любеком...
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Ливонский Орден в Эстонии

Метроном
  • Blog stats
    • 1354 posts
    • 0 comments
    • 39 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.7 posts per month
    • 238 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 trackbacks per post

Заказать гида по Таллину, и другим регионам Эстонии. Лучшие гиды!
Подробнее...

Сальме Тоомвяли – первая в истории железных дорог Эстонии женщина-машинист – заняла свой рабочий пост в кабине паровоза ровно восемьдесят лет тому назад.

Года три тому назад компания Elron опубликовала пресс-сообщение: в скором времени завершится обучение очередной партии специалистов и к работе приступит первая в истории эстонской железной дороги женщина-машинист.

Нельзя сказать, что новость эта прошла по категории сенсационных: в мире победившего феминизма существовавшие некогда гендерные рамки тех или иных профессий все чаще оказываются размытыми.

Что же касается конкретной специализации – то тут новость запоздала десятилетий на восемь: первый локомотив, управляемый представительницей прекрасного пола, покатил по Эстонии в 1941 году.

Детская мечта

Сальме Тоомвяли в кабине паровоза. Фото из газеты Rahva Hääl, март 1941 года.

Сальме Тоомвяли в кабине паровоза.
Фото из газеты Rahva Hääl, март 1941 года.

«В паровозоремонтном цехе Таллиннского железнодорожного депо кипит работа, – писала газета «Советская Эстония». – Стучат молотки, грохочут машины, ослепительно сверкает огонь, накаляющий твердую сталь.

Когда Сальме Тоомвяли впервые вошла в помещение цеха, у нее упало сердце. Впервые вкралось сомнение: «А вдруг не справлюсь, не сумею?». Но она взяла себя в руки, спокойно прошла к узнанному ей месту и приступила к работе».

Что ж, выдержки двадцатитрехлетней Сальме было, по-видимому, не занимать: она умела ставить перед собой цели и шла к ним долго и упорно – хотя общественное мнение, да и точка зрения ближайших подруг совсем не всегда были на ее стороне.

Она родилась в многодетной крестьянской семье на острове Сааремаа – в краях, на первый взгляд, совсем не железнодорожных. Но это – только на первый взгляд. Причем – современного человека, с коммуникациями столетней давности вовсе не знакомого.

Сальме не исполнилось и полгода, когда захватившая Сааремаа кайзеровская Германия развернула на острове строительство фельдбана – служебной узкоколейки, которая должна была обеспечить переброску пехоты от порта Роомассааре до порта Куйвасту.

Завершить начатое немцы не успели: уже в ноябре 1918 года они начали эвакуацию со всех занятых в ходе Первой мировой войны территорий. Однако дотянуть рельсовое полотно до деревни Тыния на северо-востоке острова до того все-таки успели.

«Так получилось, что ветка проходила через наше пастбище, – делилась Сальме первыми воспоминаниями детства с корреспондентом газеты Rahva Hääl. – Для моего младенческого сознания она была одним из величайших чудес света».

Через несколько лет узкоколейку, использовавшуюся к тому времени для сугубо гражданских нужд, продали и демонтировали. Но железнодорожная романтика уже поселилась в душе дочери сааремааского хуторянина всерьез и надолго.

«По вечерам я говорила матери: вырасту и стану водить поезда, – рассказывала она. – Но в третьем классе учительница сказала, что женская работа – это уборка дома да варка еды. А чтобы трудиться как-то иначе – это ненормально».

По окончании сельской школы-шестилетки Сальме довелось убедиться в справедливости этих слов: не желая оставаться на родном хуторе, она направилась в столицу, где уже жила одна из ее подруг-одноклассниц.

Переправившись через пролив, она сошла на берег в порту Виртсу. И, сев в вагон недавно протянутой к нему от Рапла узкоколейной ветке, впервые в жизни поехала по железной дороге в направлении Таллинна.

Вне штата
Нельзя сказать, что столица приняла семнадцатилетнюю островитянку слишком радушно: ничего большего, чем место прислуги, найти она здесь сходу, разумеется, не смогла.

Поначалу Сальме готовила, убирала и приглядывала за детьми в семье среднего достатка. Но мечту о железной дороге оставлять не намеревалась – и судьба, казалось, пошла ей навстречу.

Через полгода таллиннской жизни Сальме обнаружила газетное объявление: работа няни предлагается в семье железнодорожника. Не задумываясь об оплате, девушка обратилась по указанному адресу.

«Домик, в который я пришла, стоял совсем близко от путей, – рассказывала она. – В окно были видны проносящиеся с грохотом поезда. По вечерам я засматривалась на зеленые огни, на фонари приближающегося паровоза».

Семья, в которой работала и жила Сальме, относилась к вчерашней провинциалке тепло и сочувствовала ее не слишком-то обыкновенным для девушки мечтаниям. Кто-то из знакомых главы семейства посоветовал ей обратиться в депо.

Тамошних работников желание представительницы прекрасного пола озадачило: они перенаправили ее в управление железной дороги. Но и там первой реакцией было искреннее удивление: работа железнодорожника считалась совсем не женской.

Впрочем, как пояснил настойчивой барышне глава отдела кадров, исключения, конечно же, имеются. Можно, например, подметать пол в пассажирских вагонах и протирать в них уксусом окна. Зимой же – еще и топить в них печки перед выходом на линию …

Искреннее вырвавшаяся у Сальме фраза «а все-таки я хочу водить поезда» вызвала у присутствующих дружный раскат смеха: мыслимое ли дело, ведь даже в Железнодорожное училище принимать положено исключительно парней!

На прощание девушке посоветовали дождаться, пока ей не исполнится двадцати полных лет: до того о работе на железной дороге нечего было и мечтать. А главное – хорошенько подумать, стоит ли ей связываться с этим делом.

Сальме подумала. И в следующий за датой ее двадцатилетия день вновь пришла в конторское здание на улице Пикк. Служащие смилостивились – и приняли ее на работу в качестве внештатного сотрудника.

Значило это то, что зимой она должна была замещать заболевших истопниц, а летом – вышедших в отпуск уборщиц. При этом – без гарантированной ставки заработной платы и социальных льгот.

Пора перемен
Через год после того, как дочь крестьянина Сааремаа была принята на Эстонскую железную дорогу, тысячей километров восточнее Таллинна произошло событие, о котором она едва ли узнала.

В 1938-м Наркомат путей сообщения Советского союза исключил профессию машиниста из списка особо вредных для здоровья работ, позволив женщинам управлять паровозами, тепловозами, электровозами.

Писал ли об этом профильный журнал Eesti Raudtee и читала ли его Сальме Тоомвяли – сказать трудно. Но скорые перемены политической карты Восточной Европы отразились на ее судьбе самым непосредственным образом.

По секретному протоколу к пакту о ненападении, заключенном между Германией и СССР, Эстония отошла к «сфере интересов» последнего. К середине августа 1940 года ЭР была аннексирована Советским Союзом и была инкорпорирована в его состав.

Для таких молодых людей и девушек, как Сальме, это был период самых радужных надежд: они были практически уверены, что в государстве рабочих и крестьян перед ними – честными трудящимися – открыты все пути и все возможности роста.

«Она пошла к председателю комитета депо, товарищу Коппелю, и рассказала ему о своем желании, – взволнованно повествует о судьбе Сальме «Советская Эстония». – Не насмешки, а самое серьезное внимание встретила она в нем.

Вместе с товарищем Коппелем она отправилась к начальнику подвижного состава товарищу Сергееву. Выслушав ее рассказ, товарищ Сергеев спросил: представляет ли она все трудности и ответственности работы машиниста?

Товарищ Тоомвяли ответила: «Уверена, что смогу стать хорошим машинистом. Я знаю, что в СССР есть женщины-летчицы, женщины-машинисты, женщины-капитаны. Я приложу все силы, чтобы стать достойной в их ряду».

Так оно было в точности или нет – гарантировать невозможно. Однако в тот же день Сальме взяли подручным в депо. После того как она изучила устройство локомотива на практике, ее начали брать в ближние рейсы.

Приуроченный к 8 марта 1941 года материал в газете Rahva Hääl пишет о ней как о помощнике машиниста паровоза. А заметка в майском номере «Советской Эстонии» уже говорит о ней как о машинисте.

«Работа мне очень нравится, – признавалась Тоомвяли. – Знаю, что я работаю во имя своей великой Родины и всего рабочего класса. Я готова отдать им все свои силы, а если потребуется – и жизнь».

* * *
Кто знает, не оказались ли эти слова в очень скором времени пророческими: совсем скоро Германия напала на Советский Союз, и Вторая мировая война опалила своим дыханием Эстонию.

Следы Сальме Тоомвяли после мая 1941 года отыскать, к сожалению, пока не удалось. По крайней мере – на страницах послевоенной прессы. А раз так, о дальнейшей ее судьбе можно строить только догадки.

Да вот только есть ли в них такая уж большая необходимость? Думается, вне зависимости о того, как сложилась ее дальнейшая жизнь, первая женщина-машинист на железных дорогах Эстонии заслуживает памяти.

Колесит же по Таллинну время от времени кафе-трамвай Pauline, нареченный в честь Паулине Курисоо – первой в городе женщины-вагоновожатой. Кто знает – не увидим ли мы у вокзального перрона электропоезд Salme Toomväli?!

Йосеф Кац

«Столица»











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.







Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд
Подземная Башня

Путешествие по этажам «Подземной башни»

«Подземная башня» - литературный дебют Вене Тоомаса - погружает читателя в седую старину и недалекое прошлое Таллинна, позволяя увидеть город ...

Читать дальше...

Часовня СЗА на кладбище в Копли 25 октября 1936 года.

Возвращение памяти: часовня Северо-Западной армии в таллинском районе Копли

Одна из достопримечательностей Пыхья-Таллинна и памятник русскому прошлому столицы, утраченный в послевоенные годы, начинает свое возвращение к таллиннцам. До начала нынешнего ...

Читать дальше...

Открытие часовни на братской могиле воинов СЗА в 1936 году. Современная колоризация исторического фото.

«Это — не забытые могилы»: некрополь Северо-Западной армии на кладбище в Копли

Часовня-памятник воинам северо-западникам, восстановление которой началось в Копли на позапрошлой неделе – часть утраченного мемориального ансамбля, формировавшегося на протяжение полутора ...

Читать дальше...

Брошюра, рекламирующая свечи производства Flora. 1960-е годы.

Свет живой и неизменный: свечные истории Таллинна

Название, которое носит начинающийся месяц в эстонском народном календаре, позволяет взглянуть на дальнее и недалекое прошлое Таллинна в дрожащем свете ...

Читать дальше...

В зале Таллиннской городской электростанции. 1938 год.

«Особенно дорого электричество в Таллинне, Нарве и Нымме...»

Вынесенная в заголовок фраза вовсе не позаимствована из современных СМИ: неприятные сюрпризы ежемесячный счет за свет приносил, случалось, и в ...

Читать дальше...

Общежитие на Акадеэмиа теэ, 7 – первый многоэтажный жилой дом Мустамяэ в начале шестидесятых годов.

«Дом с негаснущими окнами»: самый первый в Таллинском Мустамяэ

Современная история Мустамяэ началась ровно шестьдесят лет тому назад: в январе 1962 года в первый многоэтажный дом нынешней части города ...

Читать дальше...

Узнаваемая панорама таллиннских крыш на заставке номера газеты «Waba Maa» от 24.12.1930.

Поздравления с первой полосы: праздничный наряд газетных номеров

Для того, чтобы узнать о приближении зимних праздников, жителю былого Таллинна не было нужды заглядывать в календарь: вполне хватало бросить ...

Читать дальше...

«Нам, Каурый, за ними все равно не угнаться, так хоть отставать не станем»:
прежние и современные методы уборки снега на карикатуре Э.Вальтера. 
Газета «Õhtuleht», 1951 год.

От лопат до стальных «лап»: арсенал таллиннских снегоборцев

Уборка таллиннских улиц от снега и наледи – как вручную, так и с помощью разного рода специальных приспособлений и машин ...

Читать дальше...

Таким видел застройку площади Вабадузе между Пярнуским шоссе и улицей Роозикрантси архитектор Бертель Лильеквист. Рисунок из хельсинской газеты Huvudstadtsblatter, 1912 год.

Таллинн, построенный финнами: северный акцент портрета города

Шестое декабря – День независимости Финляндии – самая подходящая дата вспомнить о вкладе северных соседей в архитектурный облик Таллинна. Не много ...

Читать дальше...

В руках деревянного воина, как и прежде, – меч и копье, под ногами – полевой цветок.
Фото: Йосеф Кац

Кривой меч и копье с вымпелом: амуниция для деревянного воина

Один из шедевров прикладной скульптуры эпохи барокко и герой сразу нескольких современных гидовских баек вновь предстал перед горожанами практически в ...

Читать дальше...

Подводная лодка «М-200» (у пирса) и однотипная с ней «М-201» после перевода на Балтику. 1945 год.

«Курск» Балтийского флота: жертвы и герои подлодки «Месть»

Шестьдесят пять лет тому назад у самых берегов Эстонии разыгралась трагедия, соизмеримая по драматизму с гибелью российской подводной лодки «Курск». Увидав ...

Читать дальше...

Паровоз-памятник во дворе Таллиннской транспортной школы, фото 2015 года.

«Кч 4» со двора на ул. Техника: прощание с паровозом-памятником

В конце минувшего месяца Таллинн лишился частицы своей транспортной истории: локомотив-памятник, стоявший перед историческим зданием железнодорожного училища на улице Техника, ...

Читать дальше...

Церковь Введения во храм Пресвятой Богородицы, в районе улицы Гонсиори. На её месте ныне цветочный магазин "Каннике"

Утраченные храмы и часовни Таллина

В 1734 году в районе Каламая была построена деревянная гарнизонная церковь Феодора Стратилата на Косе. В начале XIX века богослужения в Феодоровском ...

Читать дальше...

...и столичный постовой. Рисунок из газеты «Эсмаспяэв», 1932 год.

Стражи безопасного движения в Таллине: юбилей дорожных знаков

Вот уже девять десятков лет, как дорожные знаки являются неотъемлемым элементом уличного пейзажа Таллинна - настолько привычным, что замечают их ...

Читать дальше...

Летнее помещение Морского собрания на берегу пруда в Кадриорге. В отличие от главного здания организации на Ратушной площади – утрачено.

Ревельское морское собрание: эпилог многолетней истории

История Ревельского морского офицерского собрания в общих чертах любителю таллиннской старины известна. Как и при каких обстоятельствах история эта завершилась ...

Читать дальше...

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, — две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.




Видеохроника:

Легенды древнего города Таллина. Ревеля. Дьявол справляет свадьбу. Дом с тёмным окном.

Каждую неделю, новая легенда, от проекта «Ливонский Орден. XXI век».

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
Калевипоэг (сын Калева), в эстонской мифологии богатырь-великан. Первоначальный образ Калевипоэга — великан, с деятельностью которого связывались особенности географического рельефа: скопления камней, набросанных Калевипоэгом; равнины — места, где Калевипоэг скосил лес, гряды холмов — следы его пахоты, озёра — его колодцы, древние городища — ложа Калевипоэга и т. п. Калевипоэг также борец с нечистой силой, с притеснителями народа и с иноземными врагами.
Это интересно:
  • BEHANDELN, LERNEN, LERNEN
  • FÜR DEN HEILIGEN VALPURGI-TAG ODER WIE IN DER REVEL AUF DEN FAKTOR GEJAGT
  • Dort steht die "KOSULA" von JAAN KOORT: DIE VERGANGENHEIT UND DIE ZUKUNFT DES TALLINSK-QUADRATES AUF NUNNA
Дайте ответ Магистрату!

2019 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...

Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!