А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще!

Депеши в Магистрат!

Следует знать…
В 1918 году Эстония обрела независимость. Однако война на несколько лет задержала решение вопросов ее государственности. В 1923 году в Эстонской Республике проводился гербовый конкурс, который не дал результатов. Тогда Государственная Дума в июне 1925 года утвердила исторически сложившийся герб с изображением трех леопардов синего цвета без корон, с красными языками и серебряными глазами, расположенных на золотом фоне щита. Отсутствие корон на головах леопардов вполне объяснимо. Корона - один из символов монархии, Эстония же стала республикой. Прецедент снятия корон к тому времени уже был. Его создало в 1917 году Временное правительство России. Оно в качестве герба оставило двуглавого орла, освободив его от всех имперских атрибутов - корон, скипетра и державы. Вместе с тем сохранения орла - сердцевины герба - выражало историческую преемственность с гербом Российского государства.
Хроники Таллина

ещё темы...

Говорят так:
Легенда об эстонском донжуане, или Сладкие прегрешения: Под южным нефом таллиннской Домской церкви есть надгробная плита, по которой проходят все прихожане. Под ней покоится дворянин Отто Иохан Туве. Веселый ловелас в знак раскаяния за грехи завещал похоронить себя у входа в собор - чтобы горожане топтали его прах. Однако хитрец таким образом обвел всех: неисправимый донжуан, он даже с того света умудряется любоваться дамскими ножками.
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Ливонский Орден в Эстонии

Метроном
  • Blog stats
    • 1355 posts
    • 0 comments
    • 39 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.7 posts per month
    • 238 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 trackbacks per post

Заказать гида по Таллину, и другим регионам Эстонии. Лучшие гиды!
Подробнее...

За более чем вековую историю существования здания театра и концертного зала «Эстония» его северный, обращенный к Старому городу, фасад менял свой облик как минимум трижды.

Озвученное на позапрошлой неделе намерение изменить его в четвертый раз – причем самым радикальным образом, скрыв привычный облик здания за современной пристройкой – вызвал неоднозначную реакцию.

Северный, обращенный к Старому городу фасад театра и концертного зала «Эстония» в 1913 году: на первый взгляд – похоже, но приглядевшись, можно найти массу отличий.

Северный, обращенный к Старому городу фасад театра и концертного зала «Эстония» в 1913 году: на первый взгляд – похоже, но приглядевшись, можно найти массу отличий.

Причем как у рядовых таллиннцев, так и у специалистов: расширение театральных помещений в сторону Пярнуского шоссе даже на представленной визуализации проекта выглядит бесцеремонным вторжением в городское пространство.

Даром что фасад, который предлагается едва ли не полностью закрыть современной пристройкой, не совсем аутентичный: за минувшие неполных три четверти столетия он стал неотъемлемым элементом городского пейзажа – знакомым и любимым.

Тыльный вид
Уже современниками строительства было в начале ХХ века отмечено: возводящееся здание эстонского театра во многом служит антитезой его ближайшему соседу – театру немецкому.

Речь шла не только об избранном архитектурном облике (в одном случае – легкий и светлый югендстиль, в другом – солидный и несколько тяжеловесный северный модерн), но и о расположении зданий.

Немецкий – нынешний Театр драмы – был словно обращен к историческому прошлому: главный вход в него располагался со стороны Старого города. Эстонский – стоял «спиной к минувшему, лицом к новым предместьям».

Соответственно, и главным фасадом здания, которое возводило для своих нужд музыкально-драматическое общество «Эстония», считался тот, что был обращен к бульвару, с которым театр позже поделился названием.

Три остальных воспринимались второстепенными: среди работ, поступивших на объявленный архитектурный конкурс, они, есть такое чувство, в большинстве случаев и не фигурировали. По крайней мере, особого акцента на них не делалось.

Если два боковых – один выходящий на нынешнюю улицу Георга Отса, второй – обращенный к современному парку Таммсааре, а до Второй мировой – к стене рыночного холла, таковыми и являлись, то глядящий на Пярнуское шоссе требовал иного подхода.

Авторы проекта-победителя – творческий дуэт финских архитекторов Армаса Линдгрена и Виви Лённ – нашли его. Не стремясь повторить формы главного фасада, они постарались сделать и тыльного его собрата оригинальным и запоминающимся.

Торцы театрального и концертного зала, акцентированные сдвоенными эркерами, придавали облику здания вертикальность и воздушность. Между собой их объединяла трехэтажная перемычка – легкая, словно задник сценической декорации.

Подобные ощущения усиливал аттик с круглыми ветровыми отверстиями, установленный над гребнем черепичной крыши, – элемент, не отягощенный какой-либо конструктивной нагрузкой, деталь совершенно и исключительно декоративная.

Между тем корпус, который она собой венчала, напротив, был сугубо функциональным: в нем располагались не только служебные помещения театра и его дирекции, но и ресторан, и даже… торговые помещения на первом этаже.

В таком сочетании не было ничего удивительного: владелец здания – общество «Эстония» – было, говоря современным языком, некоммерческим объединением и нуждалось в средствах для содержания труппы.

Барочный акцент
Менее полутора десятка лет зданию театра «Эстония» довелось просуществовать в том изначальном облике, который оно имело на момент своего открытия в 1913 году.

Всего десять лет спустя театральное руководство констатировало тесноту помещений и решило обратиться к одному из авторов оригинального проекта Армасу Линдгрену с предложением расширить постройку.

То ли финский зодчий счел свое творение столь совершенным, что сама мысль о внесении каких-то изменений и переделок показалась ему кощунственной, то ли запросил слишком много, но проектировать изменения выпало не ему.

Проблему нехватки помещений архитектор Аугуст Перна решил с лихвой: к 1927 году в расширенном им здании комнат хватило не только для театральных нужд, но и для целого ряда обществ, а также – дирекции Государственного радиовещания.

Что же касается архитектурного облика северного фасада театра и концертного зала – а именно в этой части постройки производились переделки – то тут, пожалуй, уместнее было бы говорить об изменениях скорее количественных, нежели качественных.

Перемычка между театральным и концертным залами подросла на один этаж. Аттик с ветровыми отверстиями исчез: его сменила ломаная барочная крыша с мансардой – прием, пользовавшийся в творчестве Перна неизменной популярностью.

Безусловно, обращенный к Пярнускому шоссе фасад обрел солидность и основательность, если не сказать – тяжеловесность и грузность. И, соответственно, в значительной мере утратил былую, отчасти игривую, театральность.

В таком виде здание просуществовало еще полтора с небольшим десятка лет – пока не пало жертвой бомбардировки Таллинна в марте 1944 года: авиабомбы превратили театр «Эстония» в коробку обгорелых стен.

Восстановлен он был через три года – в ту пору, когда город стал столицей Эстонской ССР, что отложило свой отпечаток не только на общественный строй, но и на архитектурное творчество.

Языком классики
Из всего разнообразия архитектурных стилей модерн во всех его изводах советская художественная критика не жаловала: на протяжении долгих десятилетий в нем видели лишь «буржуазное декадентство».

Потому и сама мысль восстанавливать разрушенные войной здания именно в этом стиле выглядела – особенно непосредственно в послевоенные годы – едва ли не идеологической диверсией, чреватой неприятностями.

И все же театру «Эстония» повезло: его не разобрали полностью, как случилось со зданиями тартуского театра «Ванемуйне» или пярнуского театра «Эндла» – а восстановили достаточно близко к оригиналу.

Правда, справедливо это было только лишь в отношении главного, южного фасада и отчасти – западного. Что же касается восточного, а в особенности – северного, то тут была умышленно задействована принципиально иная стилистика.

Ставка делалась, выражаясь слогом тогдашних публикаций, «на следование лучшим образцам архитектурного наследия классики и ее творческого осмысления». Иными словами – на стилистику зодчих эпохи ампира, по умолчанию – русского.

Впрочем, и эстонским архитекторам эта творческая манера была отнюдь не чужда: в «представительном традиционализме» времен президента Пятса при желании можно отыскать схожую склонность к величественности, масштабности, пафосности, размаху.

Неудивительно, что и проект воссоздания театрального здания – «национальный по форме, социалистический по содержанию» – был разработан Аларом Котли – архитектором, которого в тридцатые годы завистники за глаза звали «придворным».

Упреки в данном случае стоит вынести за скобки: при восстановлении «Эстонии» мастер проявил достаточный такт и уважение к работам предшественников: конкуренты, допустим, вообще предлагали решить тыльный фасад здания как галерею колонн.

Колонны, так любимые классицизмом, или, точнее, полукруглые полуколонны Котли тоже задействовал. Но на редкость умеренно и умело, акцентировав ими торцы театрального и концертного залов – не хуже, чем на главном фасаде.

Анализируя проведенные им восстановительные работы, следует признать: архитектор пытался уравнять по значимости и представительности изначально тыльный, задний фасад здания с главным – и это ему вполне удалось.

Хотя при восстановлении Котли увеличил полезную площадь постройки, через полвека она оказалась недостаточной. И тогда вновь пришлось обратиться к былому опыту – увенчать перемычку мансардной крышей.

Это и было сделано в конце девяностых годов прошлого века – тогда же, когда послевоенная бордовая черепица над театральным и концертным залами была заменена на изначальную, зеленую.

* * *
«Двадцать пять лет стоит это здание на глазах всех таллиннцев, но никто не может сказать, что за это время оно стало казаться кому-либо старомодным, – писал в 1938 году историк и краевед Хуго Пеэтс. – А ведь сколько было построено в ту пору в Таллинне сооружений, которые в свое время притягивали всеобщее внимание, а ныне позабыты. Это – как и с людьми: мало тех, чье имя перешагивает через порог своей эпохи.

Театр и концертный зал «Эстония» – одно из тех немногих сооружений, которому это удалось. Оно войдет в историю архитектуры памятником, целостным и монументальным. Оно и есть очевидный монумент – простой и величественный».

Добавить к этой цитате, пожалуй, нечего. А главное – незачем: нет в том никакой необходимости. И хотя необходимость в дополнительных помещениях для театра «Эстония» есть, лучше, право, оставить его северный фасад без пристроек и дополнений.

Йосеф Кац
«Столица»











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.







Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд
Церковь Олевисте

Легенды церкви Олевисте (Святого Олафа), в Таллине

Когда-то башня церкви Олевисте была самой высокой в Европе. Градоправители Ревеля (так до 1919 года назвался Таллин) приказали построить башню-маяк, ...

Читать дальше...

Подземная Башня

Путешествие по этажам «Подземной башни»

«Подземная башня» - литературный дебют Вене Тоомаса - погружает читателя в седую старину и недалекое прошлое Таллинна, позволяя увидеть город ...

Читать дальше...

Часовня СЗА на кладбище в Копли 25 октября 1936 года.

Возвращение памяти: часовня Северо-Западной армии в таллинском районе Копли

Одна из достопримечательностей Пыхья-Таллинна и памятник русскому прошлому столицы, утраченный в послевоенные годы, начинает свое возвращение к таллиннцам. До начала нынешнего ...

Читать дальше...

Открытие часовни на братской могиле воинов СЗА в 1936 году. Современная колоризация исторического фото.

«Это — не забытые могилы»: некрополь Северо-Западной армии на кладбище в Копли

Часовня-памятник воинам северо-западникам, восстановление которой началось в Копли на позапрошлой неделе – часть утраченного мемориального ансамбля, формировавшегося на протяжение полутора ...

Читать дальше...

Брошюра, рекламирующая свечи производства Flora. 1960-е годы.

Свет живой и неизменный: свечные истории Таллинна

Название, которое носит начинающийся месяц в эстонском народном календаре, позволяет взглянуть на дальнее и недалекое прошлое Таллинна в дрожащем свете ...

Читать дальше...

В зале Таллиннской городской электростанции. 1938 год.

«Особенно дорого электричество в Таллинне, Нарве и Нымме...»

Вынесенная в заголовок фраза вовсе не позаимствована из современных СМИ: неприятные сюрпризы ежемесячный счет за свет приносил, случалось, и в ...

Читать дальше...

Общежитие на Акадеэмиа теэ, 7 – первый многоэтажный жилой дом Мустамяэ в начале шестидесятых годов.

«Дом с негаснущими окнами»: самый первый в Таллинском Мустамяэ

Современная история Мустамяэ началась ровно шестьдесят лет тому назад: в январе 1962 года в первый многоэтажный дом нынешней части города ...

Читать дальше...

Узнаваемая панорама таллиннских крыш на заставке номера газеты «Waba Maa» от 24.12.1930.

Поздравления с первой полосы: праздничный наряд газетных номеров

Для того, чтобы узнать о приближении зимних праздников, жителю былого Таллинна не было нужды заглядывать в календарь: вполне хватало бросить ...

Читать дальше...

«Нам, Каурый, за ними все равно не угнаться, так хоть отставать не станем»:
прежние и современные методы уборки снега на карикатуре Э.Вальтера. 
Газета «Õhtuleht», 1951 год.

От лопат до стальных «лап»: арсенал таллиннских снегоборцев

Уборка таллиннских улиц от снега и наледи – как вручную, так и с помощью разного рода специальных приспособлений и машин ...

Читать дальше...

Таким видел застройку площади Вабадузе между Пярнуским шоссе и улицей Роозикрантси архитектор Бертель Лильеквист. Рисунок из хельсинской газеты Huvudstadtsblatter, 1912 год.

Таллинн, построенный финнами: северный акцент портрета города

Шестое декабря – День независимости Финляндии – самая подходящая дата вспомнить о вкладе северных соседей в архитектурный облик Таллинна. Не много ...

Читать дальше...

В руках деревянного воина, как и прежде, – меч и копье, под ногами – полевой цветок.
Фото: Йосеф Кац

Кривой меч и копье с вымпелом: амуниция для деревянного воина

Один из шедевров прикладной скульптуры эпохи барокко и герой сразу нескольких современных гидовских баек вновь предстал перед горожанами практически в ...

Читать дальше...

Подводная лодка «М-200» (у пирса) и однотипная с ней «М-201» после перевода на Балтику. 1945 год.

«Курск» Балтийского флота: жертвы и герои подлодки «Месть»

Шестьдесят пять лет тому назад у самых берегов Эстонии разыгралась трагедия, соизмеримая по драматизму с гибелью российской подводной лодки «Курск». Увидав ...

Читать дальше...

Паровоз-памятник во дворе Таллиннской транспортной школы, фото 2015 года.

«Кч 4» со двора на ул. Техника: прощание с паровозом-памятником

В конце минувшего месяца Таллинн лишился частицы своей транспортной истории: локомотив-памятник, стоявший перед историческим зданием железнодорожного училища на улице Техника, ...

Читать дальше...

Церковь Введения во храм Пресвятой Богородицы, в районе улицы Гонсиори. На её месте ныне цветочный магазин "Каннике"

Утраченные храмы и часовни Таллина

В 1734 году в районе Каламая была построена деревянная гарнизонная церковь Феодора Стратилата на Косе. В начале XIX века богослужения в Феодоровском ...

Читать дальше...

...и столичный постовой. Рисунок из газеты «Эсмаспяэв», 1932 год.

Стражи безопасного движения в Таллине: юбилей дорожных знаков

Вот уже девять десятков лет, как дорожные знаки являются неотъемлемым элементом уличного пейзажа Таллинна - настолько привычным, что замечают их ...

Читать дальше...

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, — две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.




Видеохроника:

Легенды древнего города Таллина. Ревеля. Дьявол справляет свадьбу. Дом с тёмным окном.

Каждую неделю, новая легенда, от проекта «Ливонский Орден. XXI век».

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
Башня Кик-ин-де-Кек ("Загляни в кухню") называется так, потому что высота ее 45,5 метров, и раньше из ее бойниц можно было подсмотреть, что у кого на обед.
Это интересно:
  • BEHANDELN, LERNEN, LERNEN
  • FÜR DEN HEILIGEN VALPURGI-TAG ODER WIE IN DER REVEL AUF DEN FAKTOR GEJAGT
  • Dort steht die "KOSULA" von JAAN KOORT: DIE VERGANGENHEIT UND DIE ZUKUNFT DES TALLINSK-QUADRATES AUF NUNNA
Дайте ответ Магистрату!

2019 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...

Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!