Каламая в 1920-е годы: восстановление после войны, экономика, полиция и повседневная жизнь

Изменения, произошедшие в эти годы в жизни Эстонии, во многом повторяются и сегодня. И тогда царил экономический хаос, неконтролируемая преступность и коррупция. Глубже познакомившись с этим периодом, невозможно согласиться с утверждением, будто тогдашняя ситуация была несравненно легче и лучше, чем сейчас. Высказывалось мнение, что принципиальные изменения в развитии Эстонии произошли только в 1930-е годы. Эта точка зрения ошибочна. Принципиальные изменения произошли уже в начале 1920-х годов, в дальнейшем лишь продолжалось это направление. Оценивая масштаб работы по строительству эстонского государства, необходимо прежде всего исходить из стартовых позиций. Поговорим немного об обстановке в Каламая.

Берег Каларанна / Kalaranna во время войны был завален мусором и отбросами. Лодочный причал во многих местах обветшал, к тому же рыбацкие лодки не могли подойти к причалу, поскольку окрестности были покрыты толстым слоем ила. Рыбу выгружали с лодок на берег немного в стороне, у каменного моста. У начальной школы на улице Вабрику / Vabriku после дождя образовывались такие большие лужи, что пройти сухим было невозможно. Уличного освещения не было или оно было очень плохим. Номера домов были в беспорядке. Например, между домами Вабрику / Vabriku 15 и 19 находился 17b, а между домами 25 и 29 — 17. Причиной тому была система, когда порядковый номер дому присваивали после фактической его постройки на данной улице. Естественно, горожане не могли обновлять фасады и проводить дорогостоящий ремонт. Атмосфера запущенности, вызванная войной, оставила след и на состоянии тротуаров, дворов и садов. Многим жителям для получения дополнительного дохода приходилось держать животных. Технические сети плохо обслуживались, что помимо постоянных неудобств иногда жестоко мстило. Например, в 1918 году на улице Копли / Kopli произошёл пожар, во время которого из-за отсутствия воды сгорело 7 домов. 9 октября 1921 года вспыхнул пожар на Копли / Kopli 22a, сгорело 4 дома.

Хотя городская электростанция находилась в Каламая, в часы пиковой нагрузки она не удовлетворяла потребности в электроэнергии ни самого района, ни Копли / Kopli. Поэтому городское управление заключило договор с заводом «Пеэтри» / Peetri, и в 1919–1922 годах завод снабжал Каламая электроэнергией. В «Пяэвалехт» / Päevaleht от 10 декабря 1920 года жаловались, что при таком электрическом освещении невозможно ни читать, ни писать, ни выполнять какую-либо работу. Особенно тяжело, конечно, приходилось школьникам.

Уже в 1922 году можно было заметить первые серьёзные признаки работ по благоустройству Каламая. На углу улиц Суур-Патарей / Suur-Patarei и Пыхья пуйестеэ / Põhja puiestee был разбит сквер, а на улице Копли / Kopli между улицей Вольта / Volta и Балтийской хлопчатобумажной фабрикой были посажены деревья. В том же году во многих местах отремонтировали проезжие части, и полиция стала строже относиться к тем, кто затягивал приведение в порядок своих домов и участков. Например, 7 июля 1922 года Таллиннское городское управление решило отчудить дом Уус-Каламая / Uus-Kalamaja 30, поскольку владелец не ремонтировал здание.

В 1923 году был составлен бюджет по благоустройству Каларанна / Kalaranna. На углубление гавани на 4 фута было предусмотрено 4,5 миллиона марок. Строительные работы проводились в 1924 и 1925 годах. Вынутый при углублении ил и глина использовались для подсыпки берега. Разрушенные причалы были снесены, и вместо них построили 2 больших причала для судов и множество меньших для лодок. Очень красочно вспоминает эти работы Харри Аксберг / Harald Aksberg. Перед большими углубительными работами перед молами была построена водонепроницаемая дамба, после чего электрическими насосами откачали воду из гавани за дамбу. После откачки воды вся территория гавани превратилась в огромную грязевую лужу. Ил вывозили огромное количество землекопов и тачечников по дощатым дорожкам на северный берег Каларанна / Kalaranna. После углубления были построены добротные каменные набережные и деревянный причал для выгрузки ящиков с рыбой. В 1924 году на новой набережной было построено современное здание Каларанна / Kalaranna, где разместились весовая, складские помещения и кабинет капитана с комнатой ожидания для рыбаков. С открытием новой Каларанна / Kalaranna потерял работу последний «лодочник» — паадимес Суур-Прийтс / Suur-Priits, который в предыдущие годы на своей мелкосидящей лодке перевозил ящики с рыбой и людей от рыбацких лодок к берегу. На должность был назначен чиновник, в обязанности которого входило взвешивание рыбы и организация рынка. Открытие новой Каларанна / Kalaranna прошло весьма своеобразно. Когда строительные работы были завершены и готовились к торжественному открытию гавани, вода в одну ночь прорвала дамбу, и море само открыло новую Каларанна / Kalaranna. В связи со строительством Каларанна / Kalaranna и благоустройством окрестностей «живущие под лодками» были вынуждены покинуть свои скромные жилища и перебраться в городской ночлежный дом.

В середине 1920-х годов в Каларанна / Kalaranna было 4 причала: моторный, Трейманна / Treimann, Тамберга / Tamberg и Мяннику / Männiku. У моторного причала швартовался небольшой пароход «Эстония» / Estonia, поддерживавший сообщение между Каларанна / Kalaranna и Пирита / Pirita. До этого с 1921 года между Каламая и Пирита / Pirita ходил построенный в 1905 году в Финляндии пароход «Кюллики» / Külliki, который брал на борт 150 пассажиров. В результате позднейших переоборудований «Кюллики» / Külliki могла перевозить из Каламая в Пирита / Pirita до 250 пассажиров. Билет стоил 30 марок. У моторного причала можно было арендовать прогулочные лодки. Хотя цена была высокой, желающих было много. В красивые послеполуденные часы даже образовывалась очередь. В 1925 году на городской электростанции начали использовать в качестве топлива сланец. Сланцевой золой засыпали близлежащий морской берег, но уже в 1927 году с полученной землёй возникли проблемы: летом она пылила, и её пришлось покрывать почвой и засеивать травой.

Годы принесли изменения в жизнь Каларанна / Kalaranna. Один из центральных тамошних персонажей — купец Каарел Лакс / Kaarel Laks — постарел и прекратил деятельность. На месте его трактира-магазина-ночлежки появились два новых предприятия — прибрежные магазины Виллу / Villu и Пау / Pau. Там можно было заказать горячую еду, например, суп из кислой капусты или картофельный суп, конечно, также кофе, булочки, бутерброды. Обеденный стол находился в задней комнате магазина. В Каларанна / Kalaranna тогда действовало ещё несколько магазинов рыболовных принадлежностей и моторного топлива, таких как Тырва-Юри / Tõrva-Jüri, Муравей / Muravei и Вяйке-Валтер / Väike-Valter. Рыбопромышленник Варик / Varik построил на участке Лакса / Laks, Пау / Pau и Виллу / Villu новый большой дом с квартирами, производственными помещениями и магазинами. Там Виктор Масурин / Viktor Masurin открыл склад продовольственных товаров и рыболовных принадлежностей.

В 1920-е годы в Каламая жили известные моряки, например, капитан моторного судна № 1 Яан Вильманн / Jaan Villmann на Яху / Jahu 7a, один из руководителей Всеэстонского союза моряков Э. Вербер / E. Verber на Калеви / Kalevi 3-2, старший помощник парохода «Тасуя» / Tasuja Эдуард Рандман / Eduard Randman на Ниине / Niine 5-6, старший лоцман Таллиннского порта Эдгар Пааль / Edgar Paal на Пыхья пуйестеэ / Põhja pst. 9, капитан латвийского парохода «Виктория» / Viktoria Яан Фреде / Jaan Frede на Соо / Soo 25-53 (тогда Уус-Каламая / Uus-Kalamaja 19-53), один из основателей Общества судоходства и морской торговли «Лаевандус» / Laevandus Аугуст Нойхаус / August Neuhaus на Суур-Патарей / Suur-Patarei 18, а в том же доме до 1920 года также жил адмирал Питка / Pitka. Позже Й. Питка / J. Pitka переехал в дом Суур-Патарей / Suur-Patarei 20. На Вальгевезе / Valgevase 1 жил один из руководителей Общества эстонских капитанов Феэт Расс / Feet Rass, на Вяйке-Патарей / Väike-Patarei 17 — старший лоцман Таллиннского порта Эдмунд Кийхер / Edmund Kiiher. На Вяйке-Патарей / Väike-Patarei 7–13 размещались помещения Общества морских лоцманов.

После Войны за независимость в Каламая продолжали работать гостиницы и столовые, действовавшие во время войны, и появились новые. На Копли / Kopli 2 в первой половине 1920-х годов работала столовая «Вамбола» / Vambola, рядом находилась гостиница «Франция» / Frantsia, которая с 1921 года получила название «Гранд Отель» / Grand Hotell. На углу улиц Вабрику / Vabriku и Копли / Kopli располагался ресторан «Копли» / Koppel, который в народе называли «Трактиром Керисе» / Kerise kõrts. Позже ресторан получил название «Золотой орёл» / Kuld Kotkas. На улице Соо / Soo находилась гостиница-ресторан «Бельгия» / Belgia, а на Вана-Каламая / Vana-Kalamaja 26 — гостиница «Сакала» / Sakala. На Соо / Soo 12 находился пивной магазин, где можно было также выпить на месте. На Кеск-Каламая / Kesk-Kalamaja 6 была столовая для демобилизованных солдат. В 1920-е годы у полиции было много хлопот со всеми этими питейными заведениями, особенно с «Трактиром Керисе» / Kerise kõrts и рестораном «Бельгия» / Belgia. Когда возле этих «подозрительных» мест размещали полицейский пост, нарушения порядка быстро уменьшались.

В начале 1920-х годов проблемы с охраной порядка были почти такими же, как сейчас. Разрушенная войной экономика с трудом приспосабливалась к новым условиям, и многие люди не могли найти себе подходящего применения. Это, в свою очередь, способствовало распространению как уголовной преступности, так и коммунистических и великодержавно-шовинистских настроений. Вскоре экономическое положение нормализовалось, и удалось значительно успешнее держать под контролем тех, кто мешал развитию Эстонии. Каламаяская полиция, то есть I полицейский участок, в этом отношении была полностью примером. Это подтверждается и тем, что некоторых начальников полиции или их помощников переводили на должности руководителей городской или других участковых полиций. В октябре 1920 года прежний начальник I участка Йоханнес Тамм / Johannes Tamm был назначен начальником II участка города. Его помощник Константин Гренцманн / Konstantin Grenzmann затем исполнял обязанности начальника участка. 1 декабря 1920 года руководство местной полицией принял Йоханн (Юхан) Круберг / Johann (Juhan) Kruberg, который в июне 1921 года снова передал дела своему помощнику К. Гренцманну / K. Grenzmann. С 1 июля 1921 года новым начальником участка стал Аугуст Плинк / August Plink, который занимал эту должность до 1 апреля 1927 года. Затем комиссаром участка был назначен Вернер Коплус / Verner Koplus, который уволился со службы 15 июля 1929 года. На место В. Коплуса / V. Koplus снова был назначен комиссар полиции Йоханнес Тамм / Johannes Tamm. Долгое время помощником начальника был Константин Гренцманн / Konstantin Grenzmann. На его место в 1926 году помощником комиссара был назначен Бернхард Мальтер / Bernhard Malter. I полицейскому участку подчинялись также Коплиская / Kopli полиция и вспомогательный участок Балтийской хлопчатобумажной фабрики. Начальники этих вспомогательных участков одновременно были помощниками начальника I полицейского участка. Таким образом, в отличие от других таллиннских полицейских участков, у начальника I участка было 3 помощника. Таллиннский I полицейский участок находился на Тёыстузе / Tööstuse 39 (тогда Соо / Soo 23). Это был частный дом, владельцем которого был Й. Трей / J. Treu, проживавший там же. Согласно договору с домовладельцем, полицейский участок должен был платить арендную плату 4200 марок в месяц. Помещения не соответствовали требованиям того времени. Там не было отдельных караульного помещения и архивного помещения. Отопление осуществлялось из соседней частной квартиры. Уже в середине 1920-х годов начали искать новое помещение для полиции.

В районе Каламая I полицейский участок имел 6 районов. I район охватывал улицу Соо / Soo, улицу Вана-Каламая / Vana-Kalamaja начиная с домов 29 и 32, Суур-Лаагри / Suur-Laagri и Вяйке-Лаагри / Väike-Laagri, улицы Кёйе / Köie, Кюти / Küti и Калью / Kalju, а также воинские части в окрестностях Патареи. Ко II району относились Копли / Kopli 12–54, Салме / Salme 32–38 и 21–23, дома на улице Граниди / Graniidi начиная с № 26 и 27, улицы Мальми / Malmi и Вабрику / Vabriku. III район составляли Соо / Soo 31–49 и 40–56, Салме / Salme 26–30 и 17–19, Граниди / Graniidi 1–25 и 2–24, улицы Калеви / Kalevi, Вальгевезе / Valgevase и Тёыстузе / Tööstuse, а также участок улицы Кунгла / Kungla между улицами Соо / Soo и Уус-Каламая / Uus-Kalamaja. К IV району относились улицы Яху / Jahu, Суур-Патарей / Suur-Patarei и Вяйке-Патарей / Väike-Patarei, Выргу / Võrgu, чётные номера домов на улице Калда / Kalda, улица Каларанна / Kalaranna и территория Центральной тюрьмы. V район включал Линда / Linda, Кунгла / Kungla и конечную часть Вабрику / Vabriku, а также территорию заводов «Волта» / Volta и Франца Крулля / Franz Krull. VI район составляли Копли / Kopli 1–7 и 2–10, Вана-Каламая / Vana-Kalamaja 1–27 и 2–26, Кеск-Каламая / Kesk-Kalamaja, Котзебуэ / Kotzebue и Ниине / Niine, а также дома с нечётными номерами на Пыхья пуйестеэ / Põhja pst.

По архивным данным, в начале 1920-х годов в I участке служило 43 сотрудника. Примерно такое же количество сотрудников сохранялось и в последующие годы. Однако произошли очень большие изменения в качестве. Регулярные инвентаризации участков и проверки постов уже в начале 1920-х годов отсеяли лиц, не подходящих для службы в полиции. На службе остались лучшие из лучших. Эстонская полиция сумела сдержать преступность уже через несколько лет после Войны за независимость. Такой успех можно объяснить только акцентом на наружных патрулях. По сравнению со временем Войны за независимость в начале 1920-х годов были перемещены полицейские посты. Пост на углу Тёыстузе / Tööstuse и Волта / Volta был перенесён на угол Соо / Soo и Салме / Salme. Новые посты были созданы в Каларанна / Kalaranna и на углу Копли / Kopli и Теллискиви / Telliskivi.

В 1920-е годы важной задачей полиции была борьба с контрабандой спиртного. Торговля спиртным приносила большой доход, и «спиртовые короли» чувствовали себя довольно безнаказанными. На основании материалов I участка можно сказать, что в больших количествах контрабанду возили редко. При регулярных проверках в квартирах людей, ранее попадавшихся на контрабанде, или в столовых и ресторанах чаще всего находили небольшие количества незаконного алкоголя. Доминировала конфискация 1/4 — 1/2 штофа водки или спирта. К середине 1920-х годов полиция и пограничная охрана уже создали эффективный контроль за перевозкой спиртного.

В начале 1920-х годов, когда экономика Эстонского государства ещё не оправилась от войны и полицейская реформа не была завершена, всевозможные антигосударственные группы могли действовать почти беспрепятственно. И в районе Каламая находились центры коммунистов, русских и немецких монархистов. По воспоминаниям Хейнриха Росса / Heinrich Ross, конспиративные квартиры коммунистов находились на Соо / Soo 29-49 (тогда Уус-Каламая / Uus-Kalamaja 19-49), Калью / Kalju 8-5 и Копли / Kopli 13-6. По последнему адресу после провала попытки государственного переворота 1 декабря 1924 года скрывался Яан Яанович Анвельт / Jaan Anvelt. Среди русских монархистов самым известным был адвокат Александр Иванов / Aleksandr Ivanov, проживавший на Копли / Kopli 24, который был правой рукой председателя русской монархической организации «Союз верных» / Sojuz Vernõh генерал-майора Олега Васильковского / Oleg Wassilkowsky. В 1923 году на место Васильковского / Wassilkowsky пришёл бывший жандармский полковник Эрделл / Erdell, который довольно скоро попался полиции безопасности. На его место был направлен генерал-лейтенант Николай Воерманн / Nikolai Woermann, но и он провалился из-за финансовых махинаций акционерного общества «Саку Õlletehas» / Saku Õlletehas. Затем руководителем организации «Союз верных» / Sojuz Vernõh был назначен бывший командующий 6-й армией Владимир Горбатовский / Vladimir Gorbatowsky. У русских монархистов были большие разногласия между собой. С Каламая были связаны также некоторые члены другой монархической организации «Белый Крест» / Valge Rist. Например, известно, что 11 марта 1922 года в Ниине / Niine 13 состоялось собрание «Белого Креста» / Valge Rist. Там проживала одна из активисток русской монархической организации Ольга Вильбасова / Olga Vilbasova. Трое активистов «Белого Креста» / Valge Rist — Александр Ефимов / Aleksander Jefimov, Пелагея и Павел Малахов / Pelageja ja Pavel Malahhov — жили в Каларанна / Kalaranna в доме рыбопромышленника Малахова / Malahhov.

Немецкие монархисты после Войны за независимость уже не были такими активными, как раньше. Известно, что полиция безоппасности следила за Карлом Вальтером / Karl Valter, проживавшим на Тёыстузе / Tööstuse 1, который был секретарём Немецкого общества благодеяния и культуры. Его брат Альфред Вальтер / Alfred Valter публиковал статьи в выходившем в Германии монархическом издании.

Самую большую опасность для Эстонского государства представляла Советская Россия. Руководимая Москвой попытка большевистского государственного переворота 1 декабря 1924 года не обошла стороной и район Каламая. Ударная группа численностью около двадцати человек под руководством Якоба Ваккера / Jakob Vakker напала на Балтийский вокзал. Районный начальник полиции Херман Убин / Herman Ubin, который шёл навстречу поезду, был сразу убит, как и надзиратель Михкель Нутт / Mihkel Nutt. На вокзальной лестнице погиб министр путей сообщения Карл Карк / Karl Kark, который был привлечён на вокзал ложным вызовом. Старший надзиратель Вольдемар Ваа / Woldemar Waa и надзиратель V участка Георг Вилло / Georg Willo были арестованы мятежниками, когда они прибыли на вокзал по сигналу стрельбы. Также были арестованы около десятка безоружных офицеров, которые ехали на курсы в Тонди. Позже на допросе несколько участников мятежа признались, что узнали на вокзале сильно возбуждённого Яана Яановича Анвельта / Jaan Anvelt, который безуспешно пытался мобилизовать железнодорожных рабочих. В 6:30 кавалерийская полиция начала отвоёвывать вокзал, а в 8:15 им на помощь были направлены две группы учебного батальона унтер-офицеров под общим командованием подполковника Хермана Россландера / Herman Rossländer. Когда группы учебного батальона унтер-офицеров у кинотеатра «Рекорд» / Rekord выстроились в цепь, некоторые мятежники выбежали и закричали: «Не стреляйте, свои!». Х. Россландер / H. Rossländer, который выбежал немного вперёд, чтобы предотвратить возможные недоразумения, был тяжело ранен и через пару дней умер. После нескольких минут перестрелки группы под командованием майора Айнсона / Ainson пошли в штыковую атаку. Быстрым отвоеванием вокзала были спасены от расстрела арестованные офицеры, потому что их как раз ставили к стенке для расстрела. Коммунисты бежали через железную дорогу в сторону улицы Копли / Kopli, часть из них была задержана.

Из материалов Таллиннского I полицейского участка следует, что после того, как рано утром 1 декабря в городе была услышана сильная ружейная стрельба, полицейских, проживавших в пределах участка, вызвали в канцелярию участка. Уже через 10 минут прибыли первые жившие поблизости районные начальники и надзиратели. К шести часам уже прибыло 24 полицейских. Кроме полицейских I участка, там были также начальник вспомогательного участка Ласнамяэ Грюнберг / Grünberg, помощник начальника V участка Кеэрманн / Keermann и помощник начальника II участка Мальтер / Malter, проживавшие в районе Каламая. В участке их снабдили винтовками и боеприпасами. По приказу городского руководства полиции полицейские I участка должны были быть готовы отразить возможные нападения и из других районов. Подавление мятежа 1 декабря 1924 года потребовало жертв и в Каламая. Яан Яанович Анвельт / J. Anvelt, убегая по улице Теллискиви / Telliskivi, застрелил шедшего ему навстречу капитан-майора К. Штерна / K. Stern, который направлялся на службу. При подавлении мятежа было ранено несколько полицейских I участка и проживавших в районе Каламая, например, надзиратели Ханс Плинкманн / Hans Plinkmann, Рудольф Хубель / Rudolf Hubel и Харри Пыллуроос / Harry Põlluroos. Помощник начальника II полицейского участка Бернхард Мальтер / Bernhard Malter, проживавший в Каламая, был ранен при задержании коммунистов у дома Виимси / Viimsi 50.

События декабря 1924 года, несомненно, стали переломными в отношении к внешней угрозе. После этого не было никакого успеха у тех политиков, которые преуменьшали опасность. Коммунистическое движение потеряло всякую поддержку. Те лица, которым коммунистические взгляды были близки сердцу, не осмеливались открыто заявлять об этом из страха перед плохой репутацией.

Одной из задач тогдашней полиции была борьба за благоустройство и чистоту, а также против нарушений строительных норм. К сожалению, сегодня это недооценивается, и под предлогом отсутствия законодательства или чего-либо ещё порядок в этих сферах упускается. Конечно, это близоруко и может нанести огромный ущерб нашей культурной среде. Полезно было бы в этом отношении учиться на опыте 1920-х и 1930-х годов.

В районе Каламая в 1920-е годы проживало несколько руководителей полиции, например, начальник таллиннской полиции Яан Раудсепп / Jaan Raudsepp на Граниди / Graniidi 11-9, в начале десятилетия директор Полицейского управления и руководитель Политической полиции Йоханн Сооманн / Johann Soomann на Копли / Kopli 38-4 (тогда Копли / Kopli 22c-4), в середине десятилетия помощник начальника таллиннской полиции В. Сихле / V. Sihle на Котзебуэ / Kotzebue 3, старший чиновник Криминальной полиции таллиннского отделения В. Осси / V. Ossy на Соо / Soo 37-4 (тогда Соо / Soo 7-4), помощник начальника таллиннской полиции Михаил Танг / Mihail Tang на Тёыстузе / Tööstuse 6-3, в начале десятилетия начальник I таллиннского полицейского участка Йохан Круберг / Johan Kruberg на Вабрику / Vabriku 3, криминалист Яан Каск / Jaan Kask на Вяйке-Патарей / Väike-Patarei 12 в конце десятилетия. 18 декабря 1933 года в газете «Эсмаспяев» / Esmaspäev о нём вышла статья «Самый ловкий тайный полицейский Эстонии».

Своеобразным учреждением в Каламая была Центральная тюрьма. Лагерь военнопленных в Пяэскюла / Pääskiila был переполнен и требовал большого ремонта. Главное управление тюрем искало место для новой тюрьмы, и взгляд остановился на Батарейных казармах, переданных в ведение Военного министерства. Военное и Юридическое министерства быстро договорились, и по решению правительства 30 июня 1919 года Батарейные казармы в Каларанна / Kalaranna были переданы Главному управлению тюрем, которое начало там строить Центральную тюрьму. Напряжённое строительство продолжалось с 5 августа 1919 года до 22 августа 1922 года. Учреждение уже действовало, когда перестроечные работы ещё продолжались. Тюрьма в 1921 году размещалась в основном на верхнем этаже трёхэтажного здания. Четверть второго этажа была приспособлена для размещения больных заключённых, а на нижнем этаже здания находилось семь карцеров. В свои первые годы Центральная тюрьма не была очень надёжным местом содержания. В 1921 году бежало 16 подследственных. В 1922 году в Центральной тюрьме было 535 заключённых, тюрьмой руководил Карл Адельберт / Karl Adelbert. В середине 1920-х годов начальником тюрьмы был Сперлингк / Sperlingk. В Центральной тюрьме активно действовало основанное в 1921 году благотворительное общество «Таллиннская городская миссия» / Tallinna Linnamisjon. В 1923 году было проведено 86 церковных служб, 327 заключённых приняли причастие. В эстонских тюрьмах заключённые не жили праздной жизнью. Сидевший в исправительном учреждении должен был своим трудом компенсировать хотя бы часть расходов на его содержание. В зависимости от трудовых навыков заключённых, состояния здоровья и меры наказания их использовали на очень разных работах. Менее опасные преступники выходили на внешние работы. В первой половине 1920-х годов они работали на торфяном болоте Харку / Harku отделения Центральной тюрьмы, на уборке таллиннских улиц и порта. Ходили работать и дальше, например, в апреле 1926 года на внешние работы на железнодорожную станцию Кохтла / Kohtla. На территории тюрьмы находилась столярная мастерская с сушильной камерой для древесины. В августе 1925 года в тюрьме была открыта типография. Действовали столярная, портновская и переплётная мастерские.

Роберт Нерман, 1996 год. Взято из: https://narod.ee

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, — сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ, здесь!
Некая загадочная полость текста…

Читать с монитора или экрана телефона удобно ни всегда. Предпочитая классический бумажный источник, где с лёгкостью и пометки поставить можно, обратимся к лучшему в Европе магазину литературы на русском языке.

Такой магазин, несомненно azon.market. Широкий выбор новинок! Цены в книжных магазинах, как правило близкие и отличаются не сильно. Именно потому при поиске где заказать и купить книгу в Европе, я выбираю azon.market. Во-первых, магазин расположен в Риге, а это особенно удобно по доставке заказа книг в Эстонию и Литву, в Таллин и Вильнюс, не говоря о других городах. Во-вторых, я живу в Таллине, и конечно, закажу дешевле и быстрее из Риги, чем к примеру, из Германии. В третьих, при заказе книг свыше 40 евро, доставят по Эстонии, Латвии и Литве до почтового автомата бесплатно. А если заказать свыше 65 евро, то могут задействовать курьерскую доставку на дом.

Во втором случае, уже не столь важно в какой части Европейского Союза вы живете, если конечно, ни в Греции, на Кипре или Мальте. Рижанам повезло особенно, им бесплатна доставка вне зависимости от суммы заказа.

Действует партнерская программа лояльности! Просто начните оформлять свой заказ, и система предложит вам доступные варианты доставки в вашу страну. Там же будут ясны все подробности.

Свой первый крупный заказ я сделал, в 2016-году. Доставка тогда заняла всего несколько дней. С тех пор, магазин постоянно держит в курсе о новинках и регулярных акциях. Позволяет иметь в руках новенькие, пахнущие типографской краской уютные книги, что обогащают знаниями, и дарят эмоции чтения. Отметил для желающих совершить путешествие в Таллин, несколько интересных путеводителей. Самый из них любопытный, Ольги Чередниченко. Её книга не просто справочник мест. Это личный опыт путешествий, не редко весьма нестандартный, автостоп и на автомобиле в одиночку! Не смотря, что книга издана в 2017 году, актуальна будет и через десять лет.

Вот, что она к примеру, там пишет: «Бывает, что при пересечении границ в развивающихся странах с путешественника пытаются стрясти пару долларов на некие «пограничные сборы». Всегда требуйте чеки. Примерно в 50% случаев данное требование волшебным образом отменит сбор. В развивающихся странах, выбирать отель лучше на месте. Дешевые отели просто не попадают в сети онлайн-бронирования». Эти её советы, конечно, не относятся именно к Прибалтике, но могут оказаться полезными впредь. Я бы не хотел рушить интригу и дам возможность узнать опыт Ольги вам самостоятельно.

Сфера же личных интересов лежит также в области художественной литературы, психологии и маркетинга. Вот книги, от которых я получил радость, прочитал или читаю в моменте сейчас, в 2022 году: