Жилищное хозяйство, быт и адаптация в послевоенной Каламая

Поскольку большая часть домов Каламая была национализирована, новым домовладельцем стал город. Городское управление сделало обеспечение повседневного благоустройства и мелких ремонтов задачей домоуправлений. Домоуправления принимали и контролировали работу ремонтных организаций. В конце 1940-х и в 1950-е годы домоуправления были довольно небольшими. В начале 1950-х годов в Каламая действовали: домоуправление № 2 (Сууртюки 16, в середине 1950-х — Ниине 3), № 5 (Вана-Каламая 33), № 6 (Суур-Патарей / Suur-Patarei 9), № 11 (Малми 2), № 33 (Кунгла 15), № 34 (Грандиди 33, позже Копли 32), № 35 (Кунгла 8) и № 41 (Вана-Каламая 13). В середине десятилетия к ним добавилось домоуправление № 9 (Салме 40). Для ремонта жилых домов была создана Калининская районная строительно-ремонтная контора, которая начала работу 1 июля 1953 года. С 1 января 1961 года эта организация носила название Калининского районного ремонтно-строительного управления.

Детская игровая площадка на месте нынешнего Культурного центра Салме.

Хотя ещё преобладал довоенный эстонский менталитет отношения к окружающей среде, постепенно подкрадывался советский стиль работы. Участились жалобы на неисправности или аварии в квартирах. Их устранение чаще всего затягивалось надолго. Например, жители дома по Суур-Патарей / Suur-Patarei 2 жаловались в июне 1956 года, что крыша дома протекает, штукатурка обвалилась со стен, пол сильно покосился. Жильцы дома неоднократно обращались в домоуправление и Управление жилищного хозяйства, но это не давало никаких результатов. Из года в год обещали сделать ремонт, но не делали. В 1952 году жители Вабрику 15 жаловались, что ремонтники оставили неотремонтированными оконные рамы. Крыша после ремонта продолжала протекать. Жители Вана-Каламая 4 ворчали, что их дом после капитального ремонта стал ещё хуже. Это были не единичные исключения, а типичные ситуации, и таких примеров можно привести тысячи.

Новые жилые дома завода «Вольта/Volta» на улице Котцебуэ (тогда Й. Кясперта/J. Käspert) в 1958 году.

Недостатки в ремонте надеялись компенсировать строительством новых домов. Людям, жившим в плохих условиях, уже в начале советской власти щедро раздавали надежды на получение новых квартир. В 1946 году обещали всем квартиры к 1950 году. В 1950 году обещали каждой семье отдельную квартиру к 1955 году. В 1957 году заявили: 9,5 м² жилой площади на каждого жителя. Такую задачу на ближайшие 10–12 лет поставили Коммунистическая партия и Советское правительство, у которых не было более высокой цели, чем забота о благополучии и счастье народа, об улучшении жилищных условий. Все эти планы остались невыполненными. Поскольку статистические показатели были почти единственным критерием оценки работы каждого предприятия, в жертву приносилась качество. Новые дома строили очень плохо, и многие из них требовали серьёзного ремонта уже через несколько лет после сдачи. Хотя потребность в ремонте зданий быстро росла, старались ограничиться минимальными затратами.

Новый жилой дом завода «Вольта/Volta» на улице Тёёстузе в 1960 году.

Погоня за показателями и размытость ответственности сделали закономерным использование некачественных материалов (например, сырого дерева при изготовлении полов, окон и дверей), выполнение только выгодных видов работ и процветание приписок. Поскольку уже в начале 1950-х годов потребность в ремонте во много раз превышала возможности, вскоре сложилась практика, при которой брались в работу только те дома, жители которых жаловались «наверх». Особенно быстро выполнялись заявления тех лиц, которые жаловались в Москву. Поскольку большинство эстонцев привыкло к старому довоенному порядку дел и ограничивалось обращением в домоуправление, такое обращение, как правило, оставалось гласом вопиющего в пустыне.

Дети перед домом Вана-Каламая 48 в 1957 году.

Несмотря на общее ухудшение, в 1940-е и 1950-е годы как в домоуправлениях, так и в ремонтных организациях было довольно много тех, кто сохранил довоенное эстонское отношение к работе (??? Можно сделать вывод, что качественный ремонт делали только бывшие граждане Эстонской республики. Текст очерков Р. Нермана довольно предвзят, мягко сказать, в оценках, но весьма ценен фактическим изложением изменений облика района. Прим. перев.). Поэтому и сегодня можно заметить, что качество ремонта 1950-х годов заметно превосходило качество ремонта 1960-х и 1970-х годов.

Подавляющая часть жителей Эстонии после войны сильно обеднела. Городских жителей помимо всего прочего преследовала нехватка продовольствия. Хотя продукты питания и предметы повседневного обихода продавались по талонам, часто не хватало даже элементарных товаров. В уличном пейзаже 1940-х и 1950-х годов типичными были длинные очереди. В случае некоторых продуктов питания, например, сахара, гигантские очереди сохранялись долгое время после отмены талонов. Чтобы хоть немного облегчить своё материальное положение, горожане в эти годы держали животных, но их было не так уж много. Положение несколько улучшилось в 1952 году, что отразилось и на увеличении количества животных. Если сравнить 1951 и 1952 годы, то число коров в Каламая выросло с 15 до 27, свиней — с 10 до 26, коз — с 23 до 43. Особенно много животных держали в кладбищенской части улицы Кунгла. На некоторых участках возникли настоящие небольшие фермы. Например, по Кунгла 38 в 1952 году держали 3 коровы, 2 свиньи и 2 козы, по Кунгла 51 — корову и 2 козы, по Копли 18 — 8 коз и т. д.

Несмотря на военные разрушения и отдельные не слишком масштабные новостройки, Каламая в 1940-е и 1950-е годы сохранялась как район с целостной структурой. Деревянные кварталы наиболее точно выражают местную культуру окружающей среды. Одной из их особенностей является большая уязвимость по отношению к внешнему давлению. Любые просчёты и последствия отсутствия долгосрочной строительной стратегии проявляются в среде деревянных кварталов катастрофически. К сожалению, в советское время по отношению к деревянным кварталам сформировался именно такой подход. С другой стороны, мы не можем пройти мимо такого интересного явления, как самооборона деревянных кварталов. Особенно хорошо это прослеживалось с 1940-х до середины 1960-х годов. Из воспоминаний коренных жителей Каламая можно привести десятки примеров, как люди, прибывшие из совершенно чужой культурной среды, относительно быстро адаптировались к местным условиям. Для 1940-х и 1950-х годов было характерно, что дворники мыли тротуары как минимум раз в неделю, быстро убирали выпавший на пешеходные и проезжие дороги снег. Жильцы совместно ухаживали за садом. Поскольку население тогда было ещё преимущественно однородным, разногласий в оформлении садов не было значительных. Гармоничные отношения не ограничивались только менталитетом отношения к окружающей среде. То же самое касалось и отношений между людьми. Среди молодёжи ценились трудолюбивые, семейные, трезвые и спортивные люди. Для 1940-х и 1950-х годов было характерно, что молодёжь использовала для спорта каждый свободный участок земли. Соревновались с мальчишками других улиц или дворов в футболе, волейболе и баскетболе, лёгкой атлетике, хоккее с шайбой. Несмотря на тяжёлые потрясения, в то время в Каламая было мало алкоголиков. Чувствуя негативное отношение местных жителей, даже те немногие не вели себя вызывающе. Тогда никто не проходил равнодушно мимо, если дети на улице вели себя озорно.

Ещё в 1959 году сохранялась арка ворот аллеи Сейванга/Seywangi.

К сожалению, в неблагоприятных условиях способность деревянных кварталов к адаптации постепенно снижалась, пока не стала близкой к нулю. Возникла необычная ситуация, когда в одном и том же районе и часто даже в одном и том же доме длительное время вместе жили две совершенно разные по менталитету группы жителей, которые из-за слишком больших различий очень мало контактировали друг с другом. Но и такое положение длилось недолго. Вскоре в формировании облика района начали доминировать именно привнесённые извне взгляды. Это был сложный процесс, совпавший с неудачными градостроительными решениями. Поскольку в Каламая это произошло преимущественно в 1960-е годы, мы рассмотрим это подробнее в следующей главе. Конечно, это не означает, что в некоторых районах Каламая уже в 1940-е годы не доминировали взгляды, происходящие из другой культурной среды. Также и сегодня в Каламая можно найти дома и даже небольшие районы, где до сих пор преобладает довоенный менталитет.

Роберт Нерман, 1996 год. Взято из: https://narod.ee

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, — сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ, здесь!
Некая загадочная полость текста…

Читать с монитора или экрана телефона удобно ни всегда. Предпочитая классический бумажный источник, где с лёгкостью и пометки поставить можно, обратимся к лучшему в Европе магазину литературы на русском языке.

Такой магазин, несомненно azon.market. Широкий выбор новинок! Цены в книжных магазинах, как правило близкие и отличаются не сильно. Именно потому при поиске где заказать и купить книгу в Европе, я выбираю azon.market. Во-первых, магазин расположен в Риге, а это особенно удобно по доставке заказа книг в Эстонию и Литву, в Таллин и Вильнюс, не говоря о других городах. Во-вторых, я живу в Таллине, и конечно, закажу дешевле и быстрее из Риги, чем к примеру, из Германии. В третьих, при заказе книг свыше 40 евро, доставят по Эстонии, Латвии и Литве до почтового автомата бесплатно. А если заказать свыше 65 евро, то могут задействовать курьерскую доставку на дом.

Во втором случае, уже не столь важно в какой части Европейского Союза вы живете, если конечно, ни в Греции, на Кипре или Мальте. Рижанам повезло особенно, им бесплатна доставка вне зависимости от суммы заказа.

Действует партнерская программа лояльности! Просто начните оформлять свой заказ, и система предложит вам доступные варианты доставки в вашу страну. Там же будут ясны все подробности.

Свой первый крупный заказ я сделал, в 2016-году. Доставка тогда заняла всего несколько дней. С тех пор, магазин постоянно держит в курсе о новинках и регулярных акциях. Позволяет иметь в руках новенькие, пахнущие типографской краской уютные книги, что обогащают знаниями, и дарят эмоции чтения. Отметил для желающих совершить путешествие в Таллин, несколько интересных путеводителей. Самый из них любопытный, Ольги Чередниченко. Её книга не просто справочник мест. Это личный опыт путешествий, не редко весьма нестандартный, автостоп и на автомобиле в одиночку! Не смотря, что книга издана в 2017 году, актуальна будет и через десять лет.

Вот, что она к примеру, там пишет: «Бывает, что при пересечении границ в развивающихся странах с путешественника пытаются стрясти пару долларов на некие «пограничные сборы». Всегда требуйте чеки. Примерно в 50% случаев данное требование волшебным образом отменит сбор. В развивающихся странах, выбирать отель лучше на месте. Дешевые отели просто не попадают в сети онлайн-бронирования». Эти её советы, конечно, не относятся именно к Прибалтике, но могут оказаться полезными впредь. Я бы не хотел рушить интригу и дам возможность узнать опыт Ольги вам самостоятельно.

Сфера же личных интересов лежит также в области художественной литературы, психологии и маркетинга. Вот книги, от которых я получил радость, прочитал или читаю в моменте сейчас, в 2022 году: