Рыбная промышленность, Каларанна и местные названия в Каламая на рубеже XIX–XX веков

При рассмотрении любого периода истории Каламая невозможно обойти стороной море. На рубеже веков в рыбной ловле появилось несколько технических нововведений. Важным было появление сетей, предназначенных для лова килек. В Таллинне первые такие сети использовались уже в 1870 году, и вскоре убедились в их целесообразности. В 1889 году J. Leesmann основал в Каларанна первую в Таллинне сетевязальную мастерскую. Успешно работавшее предприятие погибло во время Первой мировой войны, а его руины ещё во время Второй мировой войны напоминали о былом расцвете рыбной промышленности.

Рыбные консервы в предвоенной России производились в основном в двух регионах. Томатные консервы и маринады были известны в регионе Чёрного моря (Одесса, Балаклава, Феодосия), а в Прибалтике господствовали шпроты в масле и таллиннские кильки. Для рекламы своей продукции крупные рыбопромышленники часто участвовали как в местных, так и в международных выставках. Таллиннские кильки довольно часто оказывались в числе награждённых, и на консервных банках это отмечалось. О получении награды сообщала и пресса. Например, «Postimees» писал в 1892 году: «Госпожа Constanze Krausp, владелица предприятия по засолке килек в Таллинне, завоевала на Брюссельской выставке 1891 года первую премию — золотую медаль, а на выставке Saint Gilles Burelless в 1892 году также золотую медаль». В 1898 году «Postimees» писал: «На всемирной рыбной выставке в Бергене золотую медаль за таллиннские кильки завоевал владелец таллиннской килечной фабрики и сетевязальной мастерской J. M. Leesmann, а купец Demin — серебряную». В 1913 году рыбопромышленник V. Demin мог объявить, что его «Таллиннские кильки» получили большую золотую медаль в Любеке, Берлине, Данциге, Суэце и Баден-Бадене. Наконец, следует добавить, что килечные пресервы, изготовленные на предприятии J. Leesmann, попадали даже на стол российского императорского двора — этот факт использовался рыбной промышленностью для рекламы своего товара.

Успех килечной промышленности зависел от качества консервирования. Легендарными были консервы, изготовленные на рыбопромышленном предприятии Feodor Malahhov. По воспоминаниям старых жителей Каламая, рецепты там тщательно хранились в секрете. Сохранились легенды и о самом Pavel Malahhov, занимавшемся в прошлом веке на Таллиннском заливе ловом килек неводом. Неводный работник Malahhov должен был съедать 5 фунтов (2 кг) хлеба в день. Кто не мог этого сделать, того увольняли. Считалось, что кто меньше ест хлеба, тот не сможет тянуть невод. Неводными работниками Malahhovых были русские с берегов Чудского озера. Примерно за десять лет до Первой мировой войны Malahhovы отправили на лов трески в Северный Ледовитый океан первый эстонский паровой траулер под названием «Nikolai» (позднее «Saaremaa»). Капитаном судна был August Schmidt с острова Найссаар. Позже это судно поддерживало связь между Таллинном и Найссааром.

Весной килька была тощей и не годилась для засолки, поэтому весеннюю кильку продавали свежей или коптили и перерабатывали в шпроты. Важным шагом в развитии рыбной промышленности стало внедрение жестяных банок в Таллинне в 1884 году. Благодаря нововведению уже в 1885 году объём экспорта таллиннских килек вырос с 200 000 килограммов до 580 000. В 1886 году только через таллиннский порт было экспортировано 910 000 кг таллиннских килек. Первые машины для изготовления банок были сделаны в 1888 году на предприятии Krants. За ними последовало открытие предприятий Blat, Auter, Thal, Aulik и немного позже Demin, Leesmann, Kreevald, Varik, Wunder и Anderson. В 1897 году в Таллинне, главным образом в районе Каламая, действовало 25 рыбоперерабатывающих предприятий разного размера, на которых работало в общей сложности 300 человек. В начале нынешнего века число рыбоперерабатывающих предприятий сократилось до пятнадцати. Перед Первой мировой войной консервировалось 15 миллионов банок таллиннских килек, которые в основном шли в Россию под названием «Ревельские кильки». Этот товар был востребован даже в далёкой Сибири. Поскольку таллиннские кильки были известны, то, по данным Arnold Säinas, в Риге и Данциге тоже начали засаливать кильки и продавать их под названием «Таллиннские кильки». Первые консервы имели скромные этикетки. На маленькой бумажной наклейке на жестяной банке указывался только сорт рыбы и происхождение. Видимо, этой информации было достаточно, чтобы таллиннские кильки стали известны и далеко за пределами региона.

Лов килек в Эстонии не был стабильным. Были годы (1910–1914), когда улов был очень плохим. В то время кильку для таллиннских предприятий привозили из Латвии, Германии и даже из Англии.

Во время Первой мировой войны лов килек был уже сильно нарушен из-за войны. Поскольку ощущалась большая нехватка продовольствия, рыбную промышленность старались всячески поддерживать. В коптильне и засолочном цехе килек Voldemar Vunder на Suur-Patarei 6 тогда работало 6 человек, в засолочном предприятии килек Karl Treimann на Suur-Patarei 18 — 9, в килечном предприятии August Anderson на Salme 44 (тогда Sõja 14) — 4, в коптильне рыбы Mihkel Keskküla на Salme 37 (тогда Sõja 19) — 3, в засолочном предприятии килек Julius Baumann на Võrgu 23 — 5, в килечном предприятии Pavel Malahhov на Kalarand 4 — 9 человек. На Kalarand 1 находилась рыбная лавка Ago Kiršfeldt.

После пожара сетевязальной мастерской Leesmann местные рыбаки покупали сети Strandell и сети из тонкой нитки, привезённые из Голландии, в магазинах Hansmith, Masur и Väike-Valter в Каласадама. В Каласадама продавались все рыболовные принадлежности, а также моторные топлива. Моторные лодки поступили в продажу за пару лет до Первой мировой войны.

Таллиннская рыбная гавань была примечательна ещё и тем, что она была своеобразным центром для окрестных островов и прибрежных деревень. Острова вокруг Таллинна были местом пересечения эстонской, шведской и немецкой культур. По данным Harald Aksberg, например, местный говор острова Аksi через браки имел влияние Ярвамаа. Язык острова Рамму считался имеющим финское влияние. Народ острова Прангли перешёл с шведского языка на эстонский. Но, вероятно, не только фамилии местных жителей были шведского происхождения. На Найссааре основным языком был шведский. Местом встречи жителей всех этих разных регионов был Каларанн.

Важным должностным лицом в Каларанна был смотритель гавани, назначенный Таллиннским городским управлением. Он регистрировал лодки, взимал сборы и следил за порядком. На лодках, прибывших с рыбным грузом, регистрировалось время прибытия и размер улова по видам рыбы. Для покрытия расходов по содержанию порядка в гавани с владельцев рыболовных лодок взимался лодочный и рыбный сбор.

В начале века всё острее ощущалась нехватка рыбной гавани, удовлетворяющей нужды города. До этого роль рыбной гавани выполняла платформа, уложенная на сваи между булыжниками, к которой не могла пристать даже обычная старомодная рыбацкая лодка, не говоря уже о моторных лодках рыбаков. Им приходилось становиться на якорь далеко в море, откуда рыбу доставляли к берегу на мелкосидящих лодках. В 1913 году городское управление даже обсуждало строительство новой гавани для прибрежного плавания, но Первая мировая война отодвинула этот план.

В Каларанна с древних времён существовала потребность в ночлеге, где могли бы останавливаться как рыбаки, так и приезжавшие из деревни в город покупатели рыбы. Один такой ночлежный дом принадлежал человеку по фамилии Rannus, позднее его взял в свои руки рыбак Kaarel Laks, родившийся в Виймси. Трактир Laks находился в одном конце дома у улицы Võrgu. Там были трактирная комната, магазин и прилавок. Из магазина можно было пройти в большую, то есть переднюю комнату, в задней части которой находились нары на десять человек. Рядом с нарами располагалась крошечная жилая комнатка хозяина дома. В углу большой комнаты со стороны магазина находился водопроводный кран. Из большой комнаты можно было выйти во двор, а в дальнем углу двора находилась сухая уборная. В Каларанна было принято, что если кто-то хотел остановиться у Laks, то стучал в окно. Laks всегда открывал дверь и впускал гостя. Из большой комнаты одна дверь вела в каморку для избранных гостей, а другая — в комнату дочери хозяина Friida. Каждое утро Laks подавал кофе, приготовленный из цикория. Если цикория было больше, его называли кофе, если меньше — чаем. К кофе и чаю за небольшую плату давали также колбасу и булку. Водку продавали только в трактире Каларанна, который в народе называли «Медвежьим трактиром». Магазин Laks некоторое время даже выполнял роль почтового отделения. Если на конверте было написано «Таллинн. Каларанна. Магазин Laks» и далее следовало название родного берега получателя, то письмо доходило относительно быстро. Через магазин Laks письма получали островные деревни от Найссаара до Аksi и рыбацкие деревни полуострова Виймси. Такой способ написания адреса сохранялся до 1921 года, когда была создана сеть эстонских почтовых агентств и почтовых ферм. Когда именно магазин Laks начал выполнять функцию почтового отделения, никто не знает. По воспоминаниям Harald Aksberg, через магазин Laks уже его деду Aksi Madis Januseni в 1857 году приходила газета «Ferno Fostimees». Магазин Laks был снесён около 1930 года, и рыбопромышленник Varik построил на его месте новый дом, в котором разместились производственные помещения, магазин и квартиры.

Каларанна был по-своему знаменит также из-за «живущих под лодками», которые жили там под перевёрнутыми и обшитыми досками лодками, где даже была печка-буржуйка. У них была своя песня:

«В Каларанна у меня дом, лучше и не надо. Дверей, окон нет впереди, в фундамент заходим мы. Только плохая вещь та, что нас часто «кардавой» досаждает, словно старая вошь.»

По воспоминаниям старых жителей Каламая, не было нужды бояться, что «живущие под лодками» что-нибудь украдут.

Своеобразное дополнение к истории Каламая дают местные названия, которые были в употреблении на рубеже веков. Старый рынок подержанных вещей, действовавший с начала этого века перед Большими Морскими воротами, местные жители называли «Тяйтури» (Täitur), а площадь к северу от Больших Морских ворот — «За Тяйтури» (Täiturutagune). Временную рыночную площадь чаще называли Старым рынком подержанных вещей. На рубеже веков весь район Каламая в официальных документах часто называли «За Вокзалом» (Vaksalitagune). Бывший берег Каласадама и район прибрежных домов называли Каларынном. Район улицы Suur-Patarei был известен также под названием Köismäe. Названием Каламая обозначали район Vana-Kalamaja — Tööstuse tänav. Жители самой западной части Каламая, то есть жившие вдоль улицы Kopli, очень часто считали себя жителями Копли. Между улицами Tööstuse и Vabriku находился большой пустой участок, который называли лугом Lausmann. Это было популярным местом для занятий спортом каламаяской молодёжи. В 1905 году там проводились также митинги. Более высокое место на углу улиц Suur-Patarei и Vana-Kalamaja называли горой Шмидти, а берег рядом с этой горой — берегом Шмидти. Название происходило от имени местного домовладельца. Парк в начале улицы Vana-Kalamaja был известен как сад Вагнера. В Каламая действовали садоводства Fricke (Tööstuse 27), Jerilov (Soo 38) и Rogostin (Vana-Kalamaja 28).

Роберт Нерман, 1996 год. Взято из: https://narod.ee

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, — сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ, здесь!
Некая загадочная полость текста…

Читать с монитора или экрана телефона удобно ни всегда. Предпочитая классический бумажный источник, где с лёгкостью и пометки поставить можно, обратимся к лучшему в Европе магазину литературы на русском языке.

Такой магазин, несомненно azon.market. Широкий выбор новинок! Цены в книжных магазинах, как правило близкие и отличаются не сильно. Именно потому при поиске где заказать и купить книгу в Европе, я выбираю azon.market. Во-первых, магазин расположен в Риге, а это особенно удобно по доставке заказа книг в Эстонию и Литву, в Таллин и Вильнюс, не говоря о других городах. Во-вторых, я живу в Таллине, и конечно, закажу дешевле и быстрее из Риги, чем к примеру, из Германии. В третьих, при заказе книг свыше 40 евро, доставят по Эстонии, Латвии и Литве до почтового автомата бесплатно. А если заказать свыше 65 евро, то могут задействовать курьерскую доставку на дом.

Во втором случае, уже не столь важно в какой части Европейского Союза вы живете, если конечно, ни в Греции, на Кипре или Мальте. Рижанам повезло особенно, им бесплатна доставка вне зависимости от суммы заказа.

Действует партнерская программа лояльности! Просто начните оформлять свой заказ, и система предложит вам доступные варианты доставки в вашу страну. Там же будут ясны все подробности.

Свой первый крупный заказ я сделал, в 2016-году. Доставка тогда заняла всего несколько дней. С тех пор, магазин постоянно держит в курсе о новинках и регулярных акциях. Позволяет иметь в руках новенькие, пахнущие типографской краской уютные книги, что обогащают знаниями, и дарят эмоции чтения. Отметил для желающих совершить путешествие в Таллин, несколько интересных путеводителей. Самый из них любопытный, Ольги Чередниченко. Её книга не просто справочник мест. Это личный опыт путешествий, не редко весьма нестандартный, автостоп и на автомобиле в одиночку! Не смотря, что книга издана в 2017 году, актуальна будет и через десять лет.

Вот, что она к примеру, там пишет: «Бывает, что при пересечении границ в развивающихся странах с путешественника пытаются стрясти пару долларов на некие «пограничные сборы». Всегда требуйте чеки. Примерно в 50% случаев данное требование волшебным образом отменит сбор. В развивающихся странах, выбирать отель лучше на месте. Дешевые отели просто не попадают в сети онлайн-бронирования». Эти её советы, конечно, не относятся именно к Прибалтике, но могут оказаться полезными впредь. Я бы не хотел рушить интригу и дам возможность узнать опыт Ольги вам самостоятельно.

Сфера же личных интересов лежит также в области художественной литературы, психологии и маркетинга. Вот книги, от которых я получил радость, прочитал или читаю в моменте сейчас, в 2022 году: